Глава

41

Капли бьют в стекла. Сначала короткие удары барабана, затем мощные и тяжелые. Всю ночь дождь стучал по пальмам в саду. Дикий танец листьев под дождем, под вспышки молний. Дом становится плотной оболочкой, тишиной в окружении шума – но когда-то она треснет.

* * *

– Синьора Бишары здесь больше нет.

Комиссар Греко достает бланк с полки, заваленной бумагами. Его кабинет походит на музейный архив. Он сидит за своим столом, как сицилийский Сизиф, равнодушный к своей судьбе.

– Как это… больше нет?

– Больше нет, как на картине «Иисус в пасхальное воскресенье». Камень перед гробницей пропал, ученики беспомощно взирают в пустоту. – Греко передает нам бланк. – Вы, конечно, все равно можете подать запрос на посещение, чтобы полюбоваться на чудо своими глазами.

– Что случилось? – спрашивает Жоэль.

– Очень хороший вопрос. Вам следует обратиться к адвокату синьора Бишары. Или к следственному судье, который рассматривал его ходатайство о пересмотре решения о содержании под стражей. По какой-то причине у судьи случилось озарение, и благодаря вспышке гениальной интуиции улики в одночасье изменились в пользу обвиняемого. Ордер на арест отменен. – Он склоняет голову и смотрит мне в глаза. – И я хотел бы знать, какое отношение к этому имеете вы.

– Я?

– Или знаменитая певица из Парижа.

– Мы ничего об этом не знали.

Он улыбается, не веря мне.

– С кем вы разговаривали?

– Ни с кем.

– А вы, синьора?

– Ни с кем.