Мориц глядел на свой обугленный «фольксваген». Машина сгорела до самого остова. Пожарные сворачивали шланги. На их шлемах играли синие блики от мигалки. За деревьями брезжил рассвет. Из окон общежития Макса Каде выглядывали студенты.

– Будете писать заявление? – спросил пожарный.

– Нет.

– А вы? Вы здесь живете?

Амаль колебалась с ответом.

– Дама со мной, – сказал Мориц.

* * *

Затем он поехал на метро к Ронни. Люди косились на его израненное лицо. Мориц ненавидел быть на виду. Ронни сидел в офисе своего автосалона, завтракал и читал газету.

– Что случилось?

Мориц рассказал ему все, включая историю Амаль. Ронни принес ему кофе и внимательно слушал, раскусывая тыквенные семечки. Под конец Мориц спросил об информаторе, который покончил с собой.

– Ты знал о нем?

Ронни лишь многозначительно поднял брови.

– Почему ты мне не сказал? Я был в опасности!

– Он не наш.

– Чей же тогда? Иракцев? Сирийцев?

Ронни стряхнул шелуху от тыквенных семечек в корзину для мусора.

– Выспись сначала.

– Давай ты найдешь кого-нибудь другого для этого задания.

– Что с тобой?

– Я… после всего, что произошло сегодня ночью, я что-то больше не уверен.