Она мимолетно поцеловала его. Потом достала из ячейки в камере хранения свою форму и пошла на инструктаж.

* * *

Таблетки подействовали. Не сразу, а через несколько недель. Как будто кто-то поменял разбитую лампочку. Мир стал ярче. И более цельным. Анита снова ощущала все то, что потерялось. Радость мальчика, которого она провела в кабину пилота. Южное звездное небо. И звонки от Ральфа.

Когда у него случилась остановка во Франкфурте, они снова увиделись. Он дал ей новую дозу имипрамина, потом они гуляли в снегу, посмотрели дублированный фильм Вуди Аллена. Он не понимал ни слова, но все равно смеялся. Он показал ей расписание своих рейсов, и она выбрала себе полеты так, чтобы они могли видеться, один или два раза в месяц.

* * *

Каждый раз он рассказывал чуть больше о своем доме. Кое-что ему не очень хотелось открывать, но в конце концов плотину прорвало. Яркая книжка с нарядными картинками о его браке становилась мрачнее с каждой новой страницей, которую он переворачивал. Но не черной, а серой, давяще серой. Он говорил о вещах, для Аниты совершенно чуждых, – например, надо ли сохранить квартиру в Квинсе или переехать к родителям Лесли в Покипси. О свинке, мигрени, взаимном непонимании. О молчании за столом и отчуждении в постели. Это не вина Ральфа, думала Анита, но и не ошибка Лесли. Он просто слишком рано взял на себя слишком большую ответственность. Он вырос благодаря своей работе, его горизонт расширился, а Лесли так и осталась простушкой из Покипси. Она не имела ничего против старомодного брака, ей не хотелось строить карьеру, она не возражала против графика мужа. Но ограниченный мир Лесли теперь казался Ральфу слишком скучным. Анита считала, что нужно несколько раз расстаться, прежде чем поймешь, кто ты на самом деле. О расставании не могло быть и речи, возразил Ральф, из-за детей.

– Ты все еще любишь ее? – спросила Анита.

– Я не знаю, – ответил он. – Мы друзья, понимаешь?

– Да.

Нет, Анита не понимала. Да и как она могла? Ее мир, ее опыт были совсем иными. Именно это привлекло Ральфа. В Аните была светскость, элегантность, которых ему не хватало в Лесли, а еще ее окружала аура вечной молодости, соблазн того, что можно начать все сначала.

В какой-то момент они обнаружили, что занимаются любовью.

* * *

Для Аниты это было проще, чем для Ральфа. Так она думала. Он был не первым ее мужчиной с обручальным кольцом. Она даже не просила, чтобы он его снимал, когда они встречались. Женатые мужчины безопасны. Женатые мужчины оставались женатыми. Им хотелось снова быть завоевателями, они были щедры и всегда чувствовали вину за то, что женаты. Аните надо было лишь искусно скрывать, что ее, вообще-то, все устраивает. Женатый мужчина показывал только свою лучшую сторону. Худшая доставалась жене.