* * *
Все рухнуло, когда я только-только пошла в школу. Мама снова хотела летать. Папа хотел быть большим папочкой. Сначала они громко спорили, потом замолчали.
Мама сказала, что папа изменил первым.
Я никогда не спрашивала ее, правда ли это.
Я помню только, как мама однажды пришла домой, поставила пакет с покупками на кухонный стол и сказала:
– Мы с папой собираемся расстаться.
Она сказала это так обыденно, словно речь шла о том, что мы собираемся сегодня есть на ужин. Я этого не понимала. Как такое вообще возможно. В моем мире такого не могло быть. Казалось, что время для меня остановилось, а для матери оно продолжало бежать. Она убирала покупки в холодильник. По радио передавали «Комфортное онемение» [84].
– Так будет лучше, – сказала она. – Для всех.
Глава 51
Глава
51
Палермо
Палермо– Для мамы так и правда было лучше. Она снова была свободна.
Честно говоря, я отправилась сюда, чтобы слушать, а не рассказывать. И теперь чувствую себя обнаженной. Я оказалась на виду.
И это мне на пользу.
Нас больше не разделяет тишина, только пространство. Рисунок древесины на старом столе похож на замерзшие реки. Снаружи стемнело. Что сказал бы Мориц, если бы сидел сейчас с нами? Был бы он рад видеть нас здесь или же наша встреча разрушает выстроенный им порядок, где ему требовалось отделить нас друг от друга, чтобы выносúть самого себя?
– И что сделал твой отец? – спрашивает Жоэль.