«Джумри стоял возле матери на коленях, прижавшись лицом к её лицу, словно маленький, обиженный ребёнок. Он рыдал. Рыдал неудержимо, отчаянно, сотрясаясь всем телом».

Вокруг, в унисон Сёйли и Джумри, причитали в голос женщины, вокруг одежды председателя Мухтара.

Невероятное событие, которое переполошило всё село…

Но, через шесть месяцев после получения похоронки, произошло невероятное событие, которое буквально переполошило всё село. Жена председателя Мухтара, красавица Сёйли, вышла замуж за нового председателя колхоза, Джебраила.

Как могло такое случиться? Как могла согласиться красавица Сёйли?

В контексте настоящей книги такой вопрос может показаться риторическим. Так устроены люди, так устроен мужчина, так устроена женщина. Мужчины всегда будут биться за Елену[850], Врет[851] всегда будет уходить к другому.

Но этот ответ слишком общий, выравнивающий, выглаживающий различные культуры, различные времена, различные ситуации. Ответ «всегда будет так» не отменяет вопроса «почему в этот раз так?».

Поставим вопрос более конкретно.

Как могло такое случиться в этом маленьком азербайджанском селе, во время войны?

Как могло такое случиться, в семье председателя Мухтара и его жены Сёйли?

Как могло такое случиться в семье, в которой муж и жена так нежно относились друг к другу, столь открыто выражали свои чувства, что все вокруг удивлялись? В их селе подобное было не принято.

Подросток Нуру в полном недоумении, как могло такое произойти. Ему хочется думать, что это «гнусная сплетня», что это только «неприличные разговоры». Не могла Сёйли выйти замуж за того, кто занял председательское место её мужа, и у которого есть жена и дети.

Он пытается найти объяснение у матери, а она только и может сказать:

«Это плохо, сынок. Это очень плохо».

Так не должно быть, вот и весь её ответ.

…версия «селькора»

Жил в селе подросток, которого все называли «Селькор» (Müxbir).

Это низкорослый, худощавый мальчишка, который получил своё прозвище после того как напечатал свою первую заметку в районной газете.