Со второй половины 50-х годов прошлого века общественная атмосфера в СССР стала кардинально меняться. Были сняты многие ограничения, стали печататься произведения, как зарубежные, так и отечественные, которые ранее были запрещены. Толстые журналы, в которых печатались такие произведения, выходили миллионными тиражами, их дочитывали до дыр, передавали друг к другу, широко обсуждали.

Среди этих журналов духом свободомыслия выделялся журнал «Новый мир», особенно в те годы, когда его главным редактором был поэт А. Твардовский[899].

Это был не просто журнал с высокими требованиями к литературному тексту, это был политический проект. В те годы, так не думали, ещё жива была иллюзорная вера в «социализм с человеческим лицом», но сегодня можно смело утверждать, что «Один день Ивана Денисовича» А. Солженицына[900], который был опубликован в «Новом мире», имел политическое значение. А был ведь не только «Один день».

В конце 1960-х годов журнал стал испытывать противодействие со стороны властей, каждый номер выходил с огромными трудностями, цензура придиралась буквально к каждому тексты, что, в конечном итоге, заставило А. Твардовского уйти в отставку. Но и в 1970-е годы

…в какой-то мере, и в последующие…

журнал сумел сохранить своё лицо, хотя его общественное значение, не говоря уже о политическом, стало затухать.

Сегодня, когда прошли десятилетия, когда рецидивы советского сознания обнаружились не только в России, но и во многих других постсоветских странах, приходиться с большей осторожностью говорить о «политическом значении» журнала «Новый мир», и, в целом, о том времени.

Несомненно, «политический проект» 50-х и 60-х XX века в СССР подготовил политический проект 90-х годов XX века. Теперь политический без кавычек, поскольку СССР исчез с политической карты миры, дух свободолюбия

…не хочется говорить «призрак свободолюбия», по аналогии с другим «призраком»…

50-х и 60-х с новой силой прорвался в 90-е.

А что дальше?

Что видим мы сегодня, в 2015 году, в России, в Азербайджане, в некоторых других постсоветских странах.

Не следует ли признать, что дух свободомыслия, 50-х, 60-х, 90-х, годов XX века выдохся, не успев распространиться на всё общество, выдохся, не успев стать неоспоримым фактом политики, экономики, социологии?

Вопросы эти продолжают стучать в висок, рождают сомнения, разочарования, заставляют тех, кто продолжает верить в неистребимость духа свободомыслия, искать новые ответы на современные вызовы.

Вопросы эти продолжают стучать в висок, и когда задумываешься о дальнейшей судьбе автора повести «И не было лучше брата».