- Шаман, говоришь… с шаманом и вправду стоит попробовать.

- Расскажете?

И по лицу поняла – нет, не расскажут. Ну… ну и пусть. Эва сама спросит. Потом. После. С этой мыслью она и поднялась. С этой и держалась, ожидая, когда же пригласят Эдди. И даже почти уже решилась позвать его, но…

Но так и не решилась. А теперь вот еще и записка.

И Мелани Саундворт в бледно-розовом прогулочном платье. Её волосы зачесаны гладко и собраны в низкий узел, украшенный изящной заколкой с белыми жемчужинками.

- Ах, дорогая, - она всплеснула руками. – Я так рада, что тебе стало лучше!

И от фальши на языке стало горько.

Эва улыбнулась.

- Мы все так волновались…

А ведь с Мелани они и встречались пару раз. И во время встреч она никогда-то не обращала на Эву внимания. Тут же…

- Ты еще такая бледненькая…

- Целитель говорит, что это временно.

- Ничего, бледность снова в моде. Ах, это так утомительно… я ем на завтрак сырую овсянку. И еще уксусные капли! Обещали, что кожа станет фарфоровой, но пока не особо…

Чай устроились пить в саду.

И подали его. И Мелани щебетала, щебетала… от этого щебета, от аромата духов её, от нее самой, такой легкой и восторженной, заболела голова. И еще подумалось, что раньше Эва всенепременно восхитилась бы, и даже бы порадовалась, а теперь хотелось взять чайник и опустить на эту вот гладкую макушку.

Да какая разница, сколько бантов ныне принято оставлять на рукаве и какой формы? В мире ведь… такое. А она о бантах.

Мелани отставила чашку и сложила руки на коленях.

Поглядела с насмешкой.

- А вот лицо тебе тренировать надо, дорогая. И улыбку тоже. Леди должна всегда улыбаться, что бы ни происходило.

- Я стараюсь.