Меня так и подмывает сказать, что ни один персонаж романа не имеет ничего общего с реальными людьми, но ведь жизнь не бывает настолько проста, верно? Создавая образ Розалин, внутренним слухом я слышала голос собственной няни. Речь ее была цветистой и яркой, и некоторые ее присловья в книге вложены в уста Розалин. Например, моя няня говаривала, что если вставить мозги ее мужа в голову птице, то птица начнет летать задом наперед. Если помните, именно это говорит Розалин о своем муже. Как и Розалин, моя няня была знатоком разных сортов табака. Она носила с собой плевательницу и обладала характерной манерой сплевывать табачную слюну, которую унаследовала от нее Розалин. Однако за исключением пары позаимствованных черт и общей манеры речи они не так уж сильно похожи.

Хотя я позаимствовала некоторые обыденные детали из собственного детства и юности и передала их Лили, по сути моя героиня – самостоятельное уникальное создание, так же как и Ти-Рэй, Дебора, Зак, Клейтон и Нил. Все они получили свою жизнь одинаково – возникли в моем воображении. Что касается Августы, Мэй, Джун и «дочерей Марии», я опиралась на нечеткие воспоминания о ранних годах своей жизни в обществе множества замечательных южанок-афроамериканок. В детстве я обожала слушать их рассказы. Но в процессе работы я не думала ни об одной из них конкретно. Образ Августы вдохновлен в основном моим внутренним представлением о женской мудрости, сострадании и силе. Я просто старалась вообразить женщину, которую хотела бы найти, окажись я в сложной ситуации Лили.

4. В прошлом вы писали мемуары. Не могли бы вы рассказать об этом переходе от нехудожественной литературы к беллетристике? Будете ли вы писать нехудожественные произведения в дальнейшем?

В тридцать лет, в самом начале своего творческого пути, я мечтала писать беллетристику, но так и не взялась за осуществление этой цели. Меня соблазнила идея создания мемуаров. Больше десяти лет я носилась с мыслью превратить в повествование собственную жизнь. Книги «Танец дочери диссидента» (The Dance of the Dissident Daughter) и «Когда сердце ждет» (When the Heart Waits) были историями о моем духовном опыте. Думаю, многим людям нужно, даже необходимо иметь нарративную версию своей жизни, и я, похоже, одна из них. Написание мемуаров – это в некотором смысле работа над цельностью.