Однажды во время публичного чтения сцены, где Ти-Рэй ставит Лили на колени на крупу, одна слушательница спросила, ставил ли меня когда-нибудь на крупу мой отец. По ее словам, она не могла себе представить человека, который был способен такое придумать! Я объяснила, что не только сама не стояла на крупе, но даже не слышала о таком, пока эта сцена не возникла в моем воображении во время работы над романом, и Ти-Рэй – прямая противоположность моему отцу. Бо́льшей частью роман – чистый вымысел, но отдельные фрагменты моей жизни не могли не пробраться в эту историю. Например, «школа очарования». Лили хотела заниматься в ней, свято веря, что это ее билет к популярности. В подростковом возрасте я ходила в «школу очарования», где меня учили разливать чай и общаться с мальчиками; как мне помнится, это означало вручать им банки с соленьями и просить, чтобы открыли, причем не имело значения, могла это сделать я сама или нет. И еще мы с Лили обе хотели быть писательницами, отказывались есть кашу и создали модели противорадиационного укрытия для своих проектов по естествознанию в седьмом классе. Еще у нас обеих были няни, но в остальном у нас с Лили больше различий, чем сходства.
Любимой деталью из моей личной истории, которая фигурирует в романе, являются медоносные пчелы, обитавшие в стене нашего дома, когда я была маленькой. Мы жили в большом деревенском доме в Джорджии, и пчелы много лет обитали внутри стены гостевой спальни, пролезая в щели и трещины и летая по всему дому. Я помню, как моя мать убирала лужицы меда, просачивавшегося сквозь щели. И еще помню неземной звук пчелиного жужжания, от которого вибрация распространялась по всему дому. Сама идея этого романа возникла однажды вечером, когда муж напомнил мне, как впервые приехал к нам, чтобы познакомиться с моими родителями, и проснувшись поутру, с изумлением обнаружил, что по комнате летают пчелы. После того как он заново рассказал эту историю, я начала представлять себе девочку, лежащую в постели, в то время как пчелы вползают сквозь щели в стенах ее спальни и летают по комнате. Я никак не могла отделаться от этого образа. И начала спрашивать себя: Кто эта девочка? Каково ее сердечное желание? Так эта неизвестная девочка стала Лили Мелиссой Оуэнс, лежащей в постели и тоскующей по матери.