Я интерпретировала эти изменения как реакцию на тот разговор в кухне, который он подслушал и к которому ни ты, ни я больше не возвращались, даже наедине. Наше предстоящее расставание маячило впереди, словно огромный слон в гостиной – он периодически трубил или оставлял огромные кучи помета, о которые мы спотыкались.
Но как ни удивительно, наш брак расцвел и превратился во второй медовый месяц – ты помнишь? Мы провели то Рождество с необычайной теплотой. Ты подарил мне две книги армянских классиков: подписанный автором экземпляр «Черной собаки судьбы» Питера Балакяна[277] и «Путь к Арарату» Майкла Дж. Арлена[278]. В ответ я подарила тебе экземпляр «Америки Алистера Кука»[279] и биографию Рональда Рейгана. Если мы подшучивали друг над другом, то эти поддразнивания были нежными. Мы побаловали Кевина спортивной одеждой, которая выглядела гротескно, так как была слишком маленького размера; Селия же, характерным для нее образом, была так же очарована оберткой из пузырьковой пленки, как и завернутой в нее антикварной куклой со стеклянными глазами. Мы занимались любовью чаще, чем это случалось уже долгие годы, под видом того, что делаем это во имя нашего прошлого.
Я не была уверена, пересматривал ли ты решение о разводе предстоящим летом или тобой просто двигало чувство вины и печали, и ты старался максимально воспользоваться тем, что было необратимо конечным. Как бы то ни было, есть что-то расслабляющее в том, чтобы достичь дна. Если мы вот-вот должны были развестись, ничего хуже уже, наверное, не могло случиться.
Вернее, мы так думали.
5 апреля 2001 года
5 апреля 2001 года
я знаю, что для тебя это больная тема. Но я тебя уверяю: если бы ты не подарил ему на Рождество этот арбалет, то вместо него был бы большой лук или отравленные дротики. Если уж на то пошло, Кевин был в достаточной степени изобретателен, чтобы извлечь выгоду из Второй поправки[280], и он завладел бы более традиционным арсеналом в виде пистолетов и охотничьих ружей, которые предпочитают его более современно мыслящие коллеги. Откровенно говоря, традиционные инструменты, применяемые в вооруженных атаках в школах, не только уменьшили бы допущенную им погрешность, но и повысили бы вероятность того, что он возьмет верх в этом соревновании по количеству смертельных исходов – это явно было одним из его руководящих мотивов, поскольку прежде чем двумя неделями позже появились эти выскочки из Колумбайна, он возглавлял все чарты. И можешь быть уверен: он обдумывал все это очень долго. Он сам сказал в четырнадцать лет: «Выбор оружия – это половина битвы». Так что при поверхностном взгляде выбор этого архаичного оружия кажется странным. Он ему помешал – или так лишь казалось.