– Ты, м-м, отметил, что твои жертвы были «тщательно отобраны», – сказал Марлин, который, должно быть, думал: что это такое было? – Почему именно те ученики?

– Так получилось, что эти люди действовали мне на нервы. Нет, ну в самом деле, если бы вы планировали подобную крупную операцию, разве вы не остановили бы свой выбор на жеманных девицах, педиках и мозолящих глаза уродах, которых терпеть не можете? Как по мне, это главная привилегия, когда получаешь срок. Вы и ваши операторы извлекаете пользу из моих достижений, получаете отличную зарплату, и ваши имена будут указаны в финальных титрах. А мне придется отсиживать срок. Должен же я что-то с этого поиметь.

– У меня остался только один вопрос, Кевин, хотя, боюсь, ты на него уже ответил, – сказал Марлин, подбавив трагизма в голосе. – Испытываешь ли ты хоть какое-то раскаяние? Зная то, что ты знаешь сейчас, если бы ты мог вернуться в восьмое апреля 1999 года, ты бы убил всех этих людей снова?

– Я бы сделал иначе только одно. Я бы засадил промеж глаз этому кретину Лакронски, который с тех самых пор делает кучу денег на своем ужасном испытании. Я читал, что он собирается играть роль в этом фильме студии «Мирамакс»! Сочувствую остальным актерам. Он будет цитировать фразу «Пойдем, займемся делом» из «Криминального чтива» и подражать Харви Кейтелю[274], а я готов поспорить, что в Голливуде такое дерьмо быстро устаревает. И раз уж мы об этом заговорили, я хочу пожаловаться: «Мирамакс» и все остальные должны бы выплачивать мне какой-то гонорар. Они крадут мою историю, а я над ней много работал. Не думаю, что это законно – стащить ее бесплатно.

– Но по законам этого штата преступники не могут получать прибыль за…

Кевин вновь качнулся в сторону камеры.

– Моя история – это все, что у меня сейчас есть за душой, и поэтому я чувствую себя ограбленным. Но история – это гораздо больше того, что имеет большинство людей. Вы все, кто смотрит на меня там, снаружи, вы слушаете меня только потому, что у меня есть то, чего нет у вас: у меня есть сюжет. Купленный и оплаченный. Это все, чего вы, люди, хотите, и вот почему вы у меня отсосали. Вам нужен мой сюжет. Я знаю ваши чувства, потому что, эй, я когда-то чувствовал себя точно так же. Телевизор, и видеоигры, и кино, и компьютерные экраны… 8 апреля 1999 года я впрыгнул внутрь экрана, я переключился на роль наблюдаемого. С тех самых пор я знаю, в чем смысл моей жизни. Я даю хорошую историю. Она, может, малость кровавая, но признайте, вам всем она понравилась. Вы ее проглотили. Черт, да я должен значиться в правительственных платежных ведомостях. Без таких людей, как я, вся страна бросилась бы с моста, потому что единственное, что показывали бы по телевизору, – это какая-нибудь домохозяйка в программе «Кто хочет стать миллионером», которая выиграла 64 000 долларов, потому что вспомнила, как зовут собаку президента.