* * *
Пока первая армия Эдуарда III шла к своему поражению, он изо всех сил старался собрать вторую, более многочисленную, которая должна была атаковать Турне. Английский король сошел с корабля Cog Thomas 8 июля 1340 года и прибыл в Гент вечером 10-го числа. Там он впервые за шесть месяцев встретился с союзниками по коалиции. Эта встреча не была простой[579]. Решение Эдуарда III атаковать Сент-Омер было представлено им как свершившийся факт. Об отношении союзников к этому решению можно судить по тому, что никто из них не выступил в составе армии Роберта. Герцог Брабанта фактически распустил армию, которую он собрал для помощи Тун-л'Эвек три недели назад. Его энтузиазм по поводу войны заметно уменьшился по мере того, как Эдуард III сближался с фламандцами. Он лично недолюбливал Якоба ван Артевелде и был не высокого мнения об городских правительствах Фландрии. Его подданные завидовали экономической мощи Фландрии и были возмущены переводом поставок английской шерсти из Антверпена в Брюгге. Между такими людьми, как Артевелде и граф Эно, имевшими сильные политические мотивы для продолжения кампании, и другими, такими как герцог Брабанта и некоторые немцы, которым нужно было сохранить веру в своих партнеров и уберечься от гнева Филиппа VI, была непреодолимая пропасть, но кроме получения обещанных денег им больше ничего не светило. Если бы Эдуард III не заплатил им, у них не было бы даже денег.
Cog Thomas
Финансовое положение Эдуарда III на этом этапе было тяжелым и постоянно ухудшалось. Сбор Парламентской субсидии начался в апреле 1340 года. Но она должна была начисляться по совершенно новым принципам. Девятая часть всего зерна, шерсти и овец должна была собираться в графствах, а девятая часть всего движимого имущества — в городах. Все это собиралось в натуральном виде, а затем продавалось за государственный счет. Эта необычная форма налогообложения была создана по образцу церковной десятины. Она была предложена правительству в Парламенте (вместо традиционных десятой и пятнадцатой долей в денежной форме) из-за сильной сельскохозяйственной депрессии, в результате которой товары было трудно продать, а деньги — найти. Но по той же причине доходность сбора была небольшой и медленно поступала. К ноябрю 1340 года было собрано всего 15.000 фунтов стерлингов. Положение правительства было бы не намного лучше, даже если бы сбор налога оправдал его надежды. Оно рассчитывало собрать 100.000 фунтов стерлингов к 1 ноября 1340 года и еще 100.000 фунтов стерлингов в следующем году. Но за шесть недель до отъезда короля из Англии весь первый сбор и почти весь второй пришлось отдать главным банкирам и командирам английской армии в счет частичной выплаты долгов, за 1339 год. В результате Эдуард III прибыл в Нидерланды без гроша в кармане. Он не мог оплачивать даже ежедневные расходы своих придворных, разве что за счет снисхождения своих кредиторов. 24 июля 1340 года графы Нортгемптон, Дерби и Уорик, которые гарантировали некоторые из прошлых долгов короля, были арестованы в Брюсселе и помещены в тюрьму для должников в Мехелене. Они были освобождены для участия в кампании только в обмен на четырех рыцарей за каждого и твердые обещания вернуться в тюрьму позже. Эдуард III обращался к своим чиновникам с настойчивыми требованиями о деньгах. Он был твердо убежден, что деньги каким-то образом будут найдены в Англии и отправлены с ближайшим кораблем. Предположительно, именно это он сказал немецким князьям в Генте. Но это была иллюзия[580].