Осаждающие не испытывали трудностей с обеспечением себя продовольствием. Вокруг них располагались одни из самых плодородных сельскохозяйственных районов Северной Европы. Баржи, груженные продуктами, регулярно прибывали по реке. Но у армий коалиции были другие трудности. Длительная осада всегда скучна, деморализует и с каждым днем приносит все меньше добычи. На третьей неделе августа среди осаждающих появились признаки нетерпения и требования смены тактики. Вместо того чтобы ждать сдачи города из-за начинающегося голода, было решено штурмовать его силой оружия. Первая важная попытка произошла 26 августа 1340 года. Штурмовой отряд из 2.000 фламандцев и неизвестного числа англичан попытался взять стены у ворот Сент-Фонтен на северной окраине города. Но штурмующие были отбиты с большими потерями. 2 сентября 1340 года в том же месте была предпринята еще одна попытка. Большое количество связок хвороста было доставлено к городским деревянным воротам и зажжено. Пока ворота горели, осадные машины били по ним камнями. Однако штурм, продолжавшийся почти весь день, снова был отбит. За свою храбрость защитники ворот Сент-Фонтен получили бочонок бургундского вина.

Эти попытки усугубили напряжение в отношениях между союзниками не только потому, что они провалились, но и потому, что в них участвовали только англичане и фламандцы. На другом конце города войска из Эно совершали свои великие дела, но немцы и брабантцы не сделали ничего. Это не осталось незамеченным. Фламандцы открыто обвинили брабантцев в предательстве. Произошел неприятный инцидент, когда трубача из армии Брабанта застали в английском секторе у стен за разговором с одним из защитников. Артевелде подверг его пытке, чтобы заставить сказать, что он действовал по приказу своих начальников[593]. Чуть позже Артевелде выступил с тирадой против трусости и бездействия герцога Брабанта, на собрании союзников в палатке короля Англии. Один из рыцарей герцога посоветовал ему вернуться и варить пиво в Генте. Артевелде ударил этого человека своим мечом. Все дипломатические способности Эдуарда III понадобились для того, чтобы не дать герцогу немедленно покинуть армию.

У брабантцев и немецких князей не было причин проявлять энтузиазм при осаде. Наемники соглашались действовать только тогда когда получат обещанную оплату. Эдуард III оправдывался и указывал на энергичные меры по сбору денег, которые его министры принимали в Англии. Но его мысли были не столь оптимистичны, как его слова. В середине августа, когда осада продолжалась всего две недели, он уже сделал первые предварительные шаги к переговорам с французским двором. Когда наступил сентябрь, а деньги из Англии не поступили, Эдуард III был вынужден занять их у ростовщиков под 20%, чтобы прокормить себя и свои войска[594]. К концу первой недели сентября 1340 года стало очевидно, что если переговоры с французами провалятся, то у него останется очень мало времени, чтобы захватить Турне или заставить своих противников сражаться до того, как его собственная армия покинет его.