Мы слышали, что доходы от церковных десятин находятся на хранении у определенных лиц в Сарла [этот человек сообщил об этом своим офицерам]. Потребности короля очевидны. Он должен иметь все, что может получить, если хочет одержать победу над врагом. В Сарла много денег. Пойдите, найдите их и принесите мне, где бы я ни находился, под страхом штрафа в двадцать серебряных марок. Если кто-то будет сопротивляться, конфискуйте все его имущество[803].
Мы слышали, что доходы от церковных десятин находятся на хранении у определенных лиц в Сарла [этот человек сообщил об этом своим офицерам]. Потребности короля очевидны. Он должен иметь все, что может получить, если хочет одержать победу над врагом. В Сарла много денег. Пойдите, найдите их и принесите мне, где бы я ни находился, под страхом штрафа в двадцать серебряных марок. Если кто-то будет сопротивляться, конфискуйте все его имущество[803].
Такой подход, уже вызвавший волнения в других частях Перигора, оказался непродуктивным. Здравомыслящие люди понимали, что властные методы сбора податей были политически неразумны в то время, когда граф Ланкастер казался непобедимым и предлагал привлекательные условия перебежчикам.
В конце года французское правительство, удрученное продолжающимся потоком плохих новостей с юга, решилось на радикальную реформу налоговой системы — достаточно трудное предприятие в любое время, а тем более в период серьезного политического недовольства и надвигающегося военного кризиса. Генеральные Штаты были созваны в два больших собрания: представители севера и центра в Париже и представители Лангедока в Тулузе. Настроения собравшихся представителей подтвердили опасения короля, они были очень неблагоприятными для введения новых налогов. Король обратился к собраниям заявив, что он слышал, что его подданные считают себя сильно угнетенными бременем налогов, которые они должны были нести, а также суровыми методами бесчисленных
Парижские Генеральные Штаты открылась первыми, в большом зале монахов-августинцев на левом берегу Сены. Заседание продолжалось около недели, и хотя никаких отчетов о нем не сохранилось, достаточно ясно, что произошло. Правительству было известно о широко распространенном страхе, что налог с продаж и налог