Жан де Пикиньи с самого начала был последовательным и преданным сторонником Наваррского дома. Даже на самом раннем этапе карьеры Карла Жан верил, что только король Наварры сможет поднять Францию из пропасти, в которую она опустилась при королях из дома Валуа. Когда в начале ноября 1357 года он решил вызволить его из тюрьмы, его мотивом было спасти честь Франции и добиться поражения и изгнания ее врагов. Жан набрал в Амьене отряд примерно из тридцати человек. Перед рассветом 9 ноября 1357 года они поднялись на стены Арле по приставным лестницами. После восемнадцати безмятежных месяцев маленький гарнизон стал беспечным, а дозорные плохо несли вахту. Через несколько минут Карл был свободен и направлялся в Амьен, "даже не поблагодарив хозяина", как он позже хвастался. Город принял его как вернувшегося героя. Его приветствовали на улицах и осыпали подарками. Его выслушали с уважением, когда он произнес многословную и страстную речь, полную сладких слов о несправедливости его ареста и страданиях в плену. Муниципалитет сделал его почетным гражданином города. Горожане поклялись поддерживать его в его борьбе. Из своих покоев в городе (резиденции одного из каноников собора) Карл Наваррский начал набирать армию и планировать поход на Париж. Карл освободил всех заключенных из городских тюрем, нанял людей среди горожан и присоединил сторонников и друзей Жана де Пикиньи. Он писал в соседние города и старым союзникам. По его словам, он не желал зла добрым людям Франции, а лишь хотел завоевать их дружбу и поддержку и отстоять свою честь и свои права[486].

Появление Карла Наваррского изменило расстановку сил в Париже. Главным единомышленником Карла в правительстве стал Роберт Ле Кок, который вновь вошел в состав Совета в октябре и сразу же взял на себя контроль над администрацией. Дофин был вынужден выдать пропуск, разрешающий королю Наварры въехать в столицу с любым количеством сторонников, вооруженных или нет. Надежды Дофина вырваться из-под опеки политиков с помощью Генеральных Штатов были разрушены. Когда внимание переключилось на планы короля Наварры, Генеральные Штаты постепенно распались на группировки. Многие из делегатов, включая всех представителей Бургундии и Шампани, посчитали, что их используют для того, чтобы придать государственному перевороту видимость легитимности и больше не принимали участия в заседаниях. Оставшиеся в зале дворяне поссорились с делегатами Третьего сословия. Затем они тоже стали уходить. Большинство остальных разошлись по домам. Вскоре в францисканском монастыре осталась лишь часть церковников и делегатов от городов[487].