Светлый фон

– Кьянти и оливковое масло – это единственное, что я умею делать.

– Но у тебя же есть замок, – сказал Джейсон.

Марчеллино пожал плечами, как будто это не имело большого значения. Он шагнул вперед, открывая дверь пустующего гостевого коттеджа, и вошел внутрь, чтобы включить свет.

Джейсон посмотрел на меня и спросил:

– Этот парень настоящий?

– Да, – ответила я. – Очень на то похоже.

– Проклятье, – он устало улыбнулся мне и произнес: – Ты бы лучше поостереглась. Я и сам готов начать с ним заигрывать.

Это вызвало у меня смех, и взгляд Джейсона скользнул по моему лицу с теплотой и любовью. И тут до меня дошло, как мне всего это не хватало. Я скучала по нему. Я уже почти открыла рот, чтобы сказать ему, как я рада, что он здесь, но Марчеллино окликнул меня с порога.

– Пойдем, dolcezza. Пусть твой друг устраивается. Джейсон, я надеюсь, тебе здесь будет удобно, – ска- зал он.

dolcezza

Джейсон отвернулся от меня и вошел в очаровательный коттедж. Он был точно такой же, как мой: маленький, с одной спальней, ванной, аккуратной гостиной и кухонькой, а также маленькой верандой, выходящей на виноградник. Выполненный в бледно-голубых тонах, с деревянными потолочными балками и современной мебелью, он напоминал мне мини-версию замка.

– Я так устал, что мог бы уснуть хоть в поле, – произнес Джейсон. – Но это намного-намного лучше. Спасибо.

Он протянул руку, и Марчеллино тепло пожал ее. Это было совсем не похоже на их первое рукопожатие. На этот раз Джейсон искренне выразил свое уважение, и Марчеллино принял его. У меня было такое чувство, что в другом месте и в другое время эти двое могли бы стать друзьями.

– Мы дадим тебе отдохнуть, – сказал Марчеллино. – Пожалуйста, дай мне знать, если тебе что-нибудь понадобится во время твоего пребывания.

– Обязательно, – ответил Джейсон. Он стоял в центре комнаты, наблюдая, как я выхожу вслед за Марчеллино. В дверях я обернулась:

– Спокойной ночи.

– Спокойной ночи, Мартин.

Потом он сделал мне ручкой и улыбнулся.

Я весело покачала головой, закрывая дверь.

– С тобой все в порядке? – спросил Марчеллино.