– Во время вечеринки по случаю его выхода на пенсию, которая случилась, когда мы были в Париже, он отрезал четверть своего торта, поднял его и бросил на голову Мишель.
У меня отвисла челюсть:
– О боже мой! Но зачем?
– Скорее всего, потому что в прошлом году Мишель постаралась сократить его больничный после операции на целую четверть, – объяснил Джейсон. – Она ходила к его врачам и, хотя они рекомендовали ему еще месяц не выходить на работу, настаивала, чтобы Гэри вернулся через три месяца, в противном случае она собиралась поместить в его личное дело письмо, которое, как она уверяла, повлияет на его шансы получить повышение в компании.
– Она исчадие ада! – выпалила я.
– Да, но теперь, когда все это выяснилось, Эйдан уволил ее, – сказал Джейсон.
– Что? Я думала, она неприкасаемая.
– Очевидно, это стало последней каплей. Эйдан ворвался в кабинет вице-президента, с которым она дружит, и побеседовал с ним. Никто не слышал, о чем они говорили, но, как только Мишель избавилась от торта на своей голове (по большей части), ей велели собрать вещи, а затем вывели ее из здания.
– Это новость высшей категории, класса А, сочная сплетня, – сказала я. – Не могу поверить, что Джулия не рассказала мне об этом, когда я была вчера в сети.
– Я просил ее не делать этого, поскольку знал, что увижу тебя. Вот и все, – проговорил Джейсон.
– Ох… – мне вдруг стало неловко.
Я не знала, что сказать, поэтому допила свой кофе и притворилась, что наблюдаю за приходящими и уходящими с виноградника туристами, хотя, несмотря на это, все мое внимание было обращено к человеку, сидевшему напротив меня. Я была так настроена на него, что мне казалось, будто я могу услышать его сердцебиение в комнате, полной тикающих часов.
Интересно, чувствовал ли он то же самое? Я взглянула на Джейсона и увидела, что он смотрит на меня, но когда наши взгляды встретились, он отвел глаза, и я поняла, что ему тоже неловко. Мы были коллегами, друзьями, и у нас был короткий флирт. Все было беспорядочно и непонятно, но я знала, что, если мне удастся сохранить границы, мы сможем во всем разобраться. А после того, как Северин подпишет бумаги, мы разойдемся в разные стороны. У нас все получится.
Если бы я могла вернуться в ту ночь в Париже… Нет, независимо от того, как обстоят дела сейчас, я не хотела расставаться с этим воспоминанием – о поцелуе на вершине Эйфелевой башни. Когда я состарюсь и буду сидеть в кресле-качалке, я буду вспоминать тот вечер в его объятиях, напевать
Мы допили кофе, и я встала, собирая тарелки, чтобы отнести их на кухню. Джейсон прихватил кофейник и поднос с остатками еды. Я убрала еду, а все остальное оставила как есть. У Марчеллино была экономка, которая недвусмысленно дала понять, что уборка – это ее работа и я не должна этим заниматься. Нужно признать, что это была та неожиданная привилегия жизни в замке, к которой я действительно могла бы привыкнуть.