– Этот поселок раньше Коктебель назывался. Не так давно ему снова это название вернули. Не все водители еще знают, уточнять нужно. Так что если поедете в Планерское, то не удивляйтесь, что попадете в Коктебель.
– Ну а вообще? Почему о нем так много говорят?
– В 70-е годы поселок облюбовали неформалы. Нам тоже нужен был свой Вудсток. На нашей совковой планете где-то должно было появиться царство справедливости. Где все люди братья, где царствует вино, любовь и музыка, где нет денег и все живут как хотят. В общем, кто Планеров не видал – тот в Крыму не бывал.
Глеб вдруг шумно втянул носом воздух и остановился.
– Не может быть… – сказал он, наслюнил палец, и, определив направление ветра, сделал несколько неуверенных шагов от дороги вглубь виноградника. Там, увидев что-то под ногами, он призывно махнул рукой Тому.
– Смотри сюда.
В тени одного из кустов, между виноградными столбами была выкопана неглубокая яма длиной около метра. В ней густо росли крепкие и коренастые кустики конопли. Их яркие верхушки чуть-чуть выглядывали из ямы. Сладковатый смолистый запах растекался по округе.
– Ай-яй-яй! Одни девочки. – Глеб восхищенно прицокнул языком. – Возьмем кустик?
– Да ну ее. Она ж чья-то.
– И виноград чей-то.
– Не скажи. Виноград государственный. А трава – чья-то.
– Ладно, – нехотя согласился Глеб, и они зашагали дальше.
Черное на белом, кто-то был неправ. Я внеплановый сын африканских трав! —неслась веселая песенка над лозами.
Они взяли у Вени большую кастрюлю, и вскоре в нее с аппетитным лопанием ягод потекла душистая нежно-зеленая жидкость. Когда кастрюля наполнилась доверху, Глеб крикнул:
– На дегустацию!
Сок оказался не таким сладким, как ягоды, но здорово перебил аппетит.
Битва при роднике
Битва при роднике