Они пошли дальше, вдоль покрытых короткой жесткой травой холмов, то спускаясь, то поднимаясь, пока солнце не озолотило склоны вокруг. Стало теплее. Наконец их путь преградила невысокая горная гряда.

– Ну вот, мы почти пришли, – трепетно прошептал Миша, явно волнуясь. – Последний рывок. Теперь тихо. Перемахнули, и сразу вниз. Старайтесь не маячить наверху, тут уже все просматривается.

Быстро перебравшись через каменный хребет, они застыли в восторге.

Вдаль, освещенная лучами солнца, уходила до самого горизонта длинная и узкая долина. Это была целая горная страна в миниатюре. С обеих сторон ее подпирали невысокие горные пики, то покрытые травой, то скалистые, то сложенные из косых слоев белесой породы. Тут и там, среди пятен цветочных полян торчали, будто натыканные нетрезвым садовником, кривые пушистые сосенки. В самом конце долины – там, куда вилась змейка полевой дороги, виднелся невысокий каменный замок. У его подножия было едва заметное движение.

– Вот он, рай! – Михаил достал из сумки бинокль. – Смотри.

– Мать моя! – Том присвистнул. На склонах гор, в долинах, в тени и на солнце, медленно двигались стада косуль. Они были повсюду: прятались в укрытых от солнца щелях, цеплялись на косогорах, медленно брели по склонам, щипали траву в оврагах. Тут же, особняком от них, гордо держа ветвистые рога, бродили небольшие группки оленей.

– А вон муфлоны. Их сюда Николай II завез. – Михаил показал на один из склонов скалистого обрыва, где, цепляясь за отвесные камни, паслись бараны с толстыми, закрученными рогами.

– Дай мне посмотреть. – Монгол навел бинокль на другой склон долины и чуть было не отбросил его. Совсем рядом, в тени ближайшей сопки спешил по тропе целый выводок кабанов. Впереди бодро бежал кабан-отец с высокой грудью и маленьким задом. За ним шла кабаниха, следом семенили копытцами семеро полосатых поросят.

– Как же это они все вместе, и никто никому не мешает? – изумился Том.

– Наверное, так было и задумано, – проговорил Михаил.

Замерев, они долго глазели на неспешную, исполненную дикой мудрости, жизнь. Затем медленно, чтобы не пугать животных, спустились в долину и двинулись по дороге к замку.

Рядом, из-за большого камня выскочила стайка любопытных косуль. Секунда, и они исчезли.

Том, будто во сне, медленно брел вперед, не в силах выразить свой перемешанный со страхом восторг. Ему казалось, что они – первопроходцы в первобытном мире гармонии, еще не испорченном человеком. Утреннее солнце уже начинало припекать, высушивая росу. Животные стадо за стадом переваливали через окружающие долину хребты, постепенно спускаясь вниз, по холмам, в спасительную прохладу густых лиственных лесов. Их становилось все меньше, пока они не исчезли совсем.