Секретарша смотрит на монаха исподлобья:
– И все?
– А что же еще?
В это время Сизиф выходит на крышу высокого здания. Низкие тяжелые облака нависают почти над самой головой.
Здесь, наверху, он оставил свой цветок. Листья колышутся над пропастью города – там, где любила сидеть Лиза.
Сизиф подходит к нему, останавливается и делает глубокий вдох.
Легкие, кажется, вот-вот порвутся от напора. Воображаемого напора воображаемого воздуха в воображаемых легких.
Он испытывает странное чувство: чувство пустоты, давящего страха и в то же время необъяснимого облегчения.
Решение принято.
«Сизиф, Сизиф», – шепчет он сам себе, имитируя голос своего черного ангела за плечом.
Но там никого.
Или, по крайней мере, он никого не слышит.
Это его выбор. И только его.
Сизиф снимает свои часы, трет все еще зудящее, покрасневшее запястье и не глядя бросает их вниз – туда, где нескончаемый поток людей без оглядки проживает свои жизни.
Глава 64
Глава 64