– Конечно, в твоей квартире кухня побольше, но у меня центр и кирпичный дом. Знаешь, сколько сейчас доплачивают за кирпичный дом?

– Знаю, что доплачивают, но…

Орехов не дает договорить.

– Люди задыхаются в бетонных стенах. А если кухня на несколько хозяев, она всегда будет тесной. Ты же не собираешься всю жизнь куковать в коммуналке, а мою комнату обменять легче. За небольшую доплату всегда можно найти вариант.

Гена согласен, что комнату Орехова обменять легче, но не нравится ему такой разговор на колесах, когда за рулем сидит человек с бычьей шеей и татуировкой на веснушчатой руке, а два других пассажира старательно делают вид, что им ничего не интересно. Сговора, конечно, нет, а все равно неуютно. И он спрашивает:

– У тебя действительно дела на нашем берегу?

– Нет. Придумал, чтобы отвязаться от Бельского.

– Я так и понял. Тогда, может, сойдем в центре, что ты будешь раскатываться взад-вперед.

– С удовольствием. Я просто хотел тебя подвезти. Они выходят из машины возле моста, и Орехов сворачивает к набережной. Гена рассчитывал, что его пригласят в гости, интересно было посмотреть на Елену в роли молодой жены, но Борис, видимо, еще не освоился в чужой квартире. Трудновато, наверно, в его возрасте. Прожить столько лет хозяином и вдруг по собственной глупости оказаться в примаках. Незавидное положеньице.

– Ну, так меняемся?

– Подумать надо.

– О чем здесь думать! Тебе прямая выгода! Ты почитай объявления, чуть ли не в каждом приписка: «Черемушки не предлагать», а здесь, как по заказу, даже окна выходят во двор, а старики страшно не любят шума проезжих улиц.

– Так-то оно так, но почему же тогда сам не разменяешь?

– Неужели и это надо объяснять? Видеть я ее не могу. Боюсь, что сорвусь, а она только этого и ждет.

– Да уж, судя по тому, как она провела раздел имущества…

– Вот именно! Для полного счастья осталось только посадить меня за решетку.

– Они такие.

– Потому и прошу. Она меня ненавидит. А тебе бояться нечего, к тебе у нее претензий нет и быть не может.

– Детей с ней крестить я не собираюсь.

– Правильно. Всю беготню с документами я беру на себя. Готов обивать любые пороги, лишь бы ее не видеть. Ну что – по рукам?