– Да, ну и что?

– И в институте на химика учился?

– Конечно, только я не пойму – зачем тебе это?

– А как действует медный купорос на половую силу?

«Только этого мне еще не хватало», – брезгливо подумал он.

– У меня чушка бесится, а люди говорят, что если ей добавить в пойло медного купороса или прибить к лохани медную пластинку, то она перестанет. Желание у нее пропадет.

Гущин захохотал. Громко, надрывно. Он присел от хохота. Ноги еле держали его.

Теперь испугался Николай.

– Ты чего, чего ты смеешься?

Хохоча, Гущин умудрился наглотаться воды и закашлялся. Кашлял и хохотал. Обессиленный, он с трудом добрался до скамейки.

– Ну, уморил! Значит, чушка бесится…

– Чего смеяться. Она визжит второй день. Есть не хочет, а резать рано еще.

– Не знаю, но попробовать можно.

– Вот я тоже думаю. Правда, с купоросом боязно, как бы не отравить. А медяшку я, пожалуй, прибью.

Машина затормозила перед домом, и он увидел, как в окне качнулась занавеска.

Юля уже успела включить свет. Светленькое платьице с легкими голубыми цветочками и густой, ровный загар, удивительно живой блеск глаз и зубов – Гущин словно впервые увидел ее.

– Ну, что встал? Цыплята давно ждут.

– Какие цыплята? Дурочка, да я же пошутил. – Он только представил, как Юля носилась по Михайловке из-за глупой шутки, и ему стало стыдно. – Зачем же так? Их здесь и взять-то негде. Столько беспокойства.

– Никакого беспокойства. Я их у тетки украла.

– У какой еще тетки украла? Что ты городишь?