Среди создателей петровской идеологии наибольшим влиянием пользовались священнослужители, получившие образование на Украине, особенно Феофан Прокопович и Стефан Яворский. По утверждению Живова, они приспособили современные им тенденции европейской просветительской мысли к православному учению, делавшему акцент на священном происхождении политической власти. Другие, как Петр Шафиров и европейские военные советники, в своих письменных произведениях предлагали идеи светского характера. Результатом был невиданный количественный рост политических тем и визуальных образов, призванных создать представление о высокой активности правителя, государства и империи. Для осуществления этой программы использовались разнообразные жанры и артефакты: написанные ученым слогом манифесты, вероятно, рассчитанные в первую очередь на европейскую аудиторию; законы и указы с комментариями относительно их целей; проповеди и панегирики; здания и сооружения; костюмы, празднества, ритуалы; пародирование религиозной символики и верований. Петровские идеологи прибегали как к религиозным, так и к светским оправданиям власти: так, Феофан Прокопович, защищая новый закон о престолонаследии (выбор наследника царствующим монархом) в своей «Правде воли монаршей» от 1722 года, опирался на православное учение (богоданность политической власти), естественное право и консервативную по своему духу теорию общественного договора Гуго Гроция. В своих указах Петр открыто порывал с московскими представлениями об обществе как собрании благочестивых и о политической власти как гарантии сохранения традиции и средстве достижения первозданной гармонии – взамен провозглашалась абсолютная, светская по своей природе власть правителя. Артикул воинский (1716) гласил: «…его величество есть самовластный монарх, который никому на свете о своих делах ответу дать не должен. Но силу и власть имеет свои государства и земли, яко христианский государь, по своей воле и благомнению управлять». Прокопович в «Правде воли монаршей» уверенно утверждал: «…сущие же власти от Бога учинены суть. <…> И того ради… Монаршии уставы и законы не требуют себе ни каковой от учительских доводов помощи».

Петровские идеологи предлагали более деятельный образ монарха, заявляя, что последнего оценивают в первую очередь по его достижениям, и политическую элиту следует также судить по заслугам и достижениям, а не происхождению. Ричард Уортмен считает, что они даже изменили основу легитимности суверена – отныне легитимным считался лишь монарх, непрерывно преобразующий свое царство. Постоянными символами петровской идеологии стали воинственный Марс и Минерва, оказывающая умеряющее воздействие благодаря своей справедливости, мудрости и образованности (но также и отваге). Изображения Марса и Минервы стали появляться на фасадах зданий, в парках, в ходе ритуальных действий, которые разворачивались в новой столице (рис. 13.2).