Есть для айфона, отвечает тот.
Я не поддерживаю «Эппл». Их продукция провоцирует общественный раскол, покупать ее неэтично.
Николай зарабатывает десять долларов в час, а на Эзре солнечные очки от Прада.
Я уточню, говорит Николай.
Эзра достает из кармана второй «Блэкберри» и обходит вестибюль по периметру с одним наушником в
Верно, громко произносит он. Знаю, это банально, но придется ответить Дилан. Потом в задумчивости замолкает на несколько секунд. Ха, забавно, что вы спросили.
Моя подруга не возвращалась? – спрашиваю я у Николая.
Тот качает головой. Нэнси ему нравится, хоть я и не понимаю почему. Каждый раз, когда мы входим в дом, она проскакивает мимо него, бросая на ходу – Николай, этак я к вам привыкну. А когда он подает ей пальто, стонет – Николай, можно я увезу вас домой в чемодане?
Эзре снова звонят. Обернувшись ко мне, он одними губами произносит – две минуты.
Ага. Теперь слышите? Ну вот, я здесь. Итак, ха, забавно, что вы спросили.
И все равно в лифте меня бросает в пот. И тело начинает звенеть.
Мы занимаемся сексом в миссионерской позе, но Эзре каким-то образом удается не встречаться со мной глазами. Он постоянно таращится в одну точку – куда-то чуть выше и правее моей головы. Я беру его лицо в ладони. Если мне удастся удержать его подольше, он вернется оттуда, куда ушел от меня. Переплетаю пальцы у него затылке.
Либо трахайся со мной, либо нет. Либо будь здесь, либо уходи совсем.
И он остается.
Я сижу на краю кровати и надеваю колготки, когда он вдруг произносит – Нагарджуна говорит, чесать больное место, конечно, приятно, но еще приятнее, когда больных мест просто нет. Исполнение желаний приносит нам удовольствие, но идеальное состояние – это не иметь желаний вовсе.
Это из той книжки про «как бросить курить»?
Нет, отвечает Эзра. Ну то есть там было что-то о том, что каждая выкуренная тобой сигарета только углубляет рану.