– Сказать, сколько? Только никому!

– Я ж не наводчик.

– Пятьсот долларов за передачу. Прогибаюсь плохо…

– Респект тебе, Валёк, и уважуха! Я ж тебя сразу тогда в отделении углядел, ты – штучная баба!

Очень не хотелось, но нашла визитку и набрала сотовый Марка:

– Привет, я по делу.

– Исполать, Валентина свет Лебедева! Ноги подкашиваются, когда слышу этот голос! – воскликнул Марк, явно рассчитывая на аудиторию. – Мужики, отвал! Звонит главная женщина моей жизни! Слушаю и повинуюсь.

– По-людски уже не разговариваешь? – с досадой спросила Валя.

– Разговариваю, Валюсик, если меня чаще тренировать.

– Агент по недвижимости есть?

– Есть! Как жизнь-то?

– Хорошо. Вика во ВГИКе учится на директора кино.

– Судьбы социальных сирот меня не волнуют. Читал про тебя и депутата. Неаккуратно! Меня жена за всю жизнь ни разу не засекла.

– То жена, а то пресса. Пока ты никто, никому не интересно, с кем ты спишь, – поддела его она.

– Я никто?? В постели – конь-огонь, денег – полные карманы. Свистнуть, целый ансамбль «Берёзка» за мной побежит! Но забыть тебя, Валюсик, не получается… – Он сделал паузу, но Валя не откликнулась на этот пассаж. – Мать как? В кооперативе, куда я устроил, бельё не вышивает?

– Глаза уже не те.

– А пуделёк-то жив?

– Ещё как! У тебя как дела? Жена, дети? – спросила Валя.

– Как жизнь удалась, так печень увеличилась, раньше за рулём сидел, а с водилой распустился. Может, старшую в Америку отправлю учиться. Среднему взял репетитора по французскому, младшая на теннисе. Шустрая, в меня.

– Здорово.