– Ты с ней после всего имеешь дело? – вскочила в постели Валя.

– Ада – конченая сука. Но, во-первых, она вернула деньги, – напомнил Виктор. – Во-вторых, мы идём в одну сторону. В-третьих, другой Ады у нас пока нет.

Потом ехали в машине, держась за руки. Вале всегда хотелось задать Виктору побольше вопросов:

– Ведь лучше за последнее время стало, появилась еда, работа… Почему люди недовольны?

– Андрей Битов это сформулировал: шея мёрзнет без ошейника. Семьдесят лет не смели открыть рот, теперь открыли, чтоб искать виноватого: власть, богатых, американцев, евреев. И ни один человек не ищет проблемы в себе.

– А ты в себе ищешь? – улыбнулась она.

– Так я ж не человек, а машина, и смотрю только на спидометр, сколько за сегодня проехал. Нормальный человек каждый день или реализует, или отрицает себя, а машина не может отрицать себя – у неё маршрут! Кстати, как обещал, купил тебе куклу. Слава, подай коробку.

И Слава протянул на заднее сиденье коробку, в которой лежала чудесная кукла в белой рубахе, в расшитом тамбурным швом красном сарафане, в незнакомом головном уборе и длинном белом фартуке.

– Национальный карельский костюм, ты же бредишь карелами! – улыбнулся Горяев. – Карелов осталось мало: сперва красный террор, потом ГУЛАГ на их земле, а после войны всех выслали в Сибирь… Надо съездить с тобой туда, небось и калитки не пробовала?

– Калитки?

– Карельские пирожки из ржаной муки.

– А ты по-карельски говоришь? – удивилась она, по-детски прижимая к груди куклу.

– Я ж там школу закончил. Так что читаю «Калевалу» в первоисточнике.

Валя хотела было спросить, что означает слово «калевала», но постеснялась.

Утром позвонил взволнованный Свен:

– Анья покупать газет с фото стрип-бар! Такой бунт имеет делать тинэйджер!

– Семья моралистов, – разозлилась Валя. – Одному было лень проститутку вызвать, другая так спешила родить от иностранца, что не успела с ним согласовать!

– Мальчик за деньги есть лучше, чем я? Стриптизёр есть как официант…

– Аня зато у тебя принцесса крови, – усмехнулась Валя. – Да успокойся, послали от передачи, стриптизёр хотел попасть в газеты, я не успела отнять руку.

– Это есть случайность? – с надеждой спросил Свен.