– Прежде всего меня волновала безопасность Первин, – без обиняков ответил Джамшеджи. – И в случае, если бы мы уличили Сайруса в супружеской измене, мы могли бы подать иск о разводе вместо раздельного жительства.

Первин поставила чашку на стол. Ее изумляло, как серьезно отец отнесся к этому делу. Но если Сайрус обнаружил слежку, у него были все основания обидеться на ее семью.

– И Сайрус об этом узнал?

– Этого мы точно не знаем, – ответил Джамшеджи после тягостного молчания. – Что касается наблюдения, Гхош не следил за ним постоянно, занимался этим от случая к случаю, наряду с другой работой. Он мне сообщал, что Сайрус не изменил своего образа жизни и примерно два раза в неделю встречается с женщинами определенных занятий либо в районе Сангачи, где много проституток, либо в трущобе рядом с разливочной фабрикой.

– Папа, но почему ты мне не сказал, что Сайрус здесь, в Бомбее? – обратилась к отцу Первин.

Джамшеджи многозначительно поднял палец.

– Я не хотел, чтобы ты попусту волновалась. Поначалу мы подумали, что он приехал по делам. Или в гости к родственникам, Вача. А потом нас ждал сюрприз.

– Я не люблю сюрпризов. – У Первин от волнения кружилась голова.

– Гхош проследил за ним до лечебницы Пети – поздно вечером во вторник он вошел туда с саквояжем и больше не вышел.

Растом сердито мерил веранду шагами.

– В каком смысле – больше не вышел? Этот мерзавец мог выскользнуть через задний ход!

– Либо он приехал кого-то проведать, либо сам лег на обследование, – заметила Камелия.

– Письмо! – вспомнила Первин и резко поставила чашку – блюдечко задребезжало. – Я на этой неделе получила письмо с просьбой приехать в больницу к какому-то незнакомому человеку. Он просил составить ему завещание. Имени я не помню, но это точно не Сайрус!

– Зачем Сайрусу приезжать в Бомбей на лечение? – удивилась Гюльназ. – Ведь в Калькутте полно врачей, разве нет?

– В Калькутте нет парсийской больницы, – заметила Камелия. – Я об этом узнала, когда ездила туда. Лечебница Пети – замечательное заведение, и любой парс может лечиться там со скидкой или бесплатно. Может, он для этого приехал, а не чтобы досаждать Первин?

Первин глубоко вздохнула.

– Я хочу узнать. Съезжу в больницу.

– Только не вступай с ним в разговоры! – резко вмешался Джамшеджи. – Он может попытаться тебя разжалобить. Я сколько раз видел такое поведение у разведенных супругов!

– Мы с Гюльназ состоим в женском благотворительном комитете при больнице. Прежде чем Первин примет решение, мы выясним, лечится он там или нет, – сказала Камелия, доливая чаю Первин в чашку. – А ты действуй осмотрительно.