Попробовала несколько раз, просто для очистки совести, Саша выключил установку — сейчас она годилась лишь на обучение студентов основам вакуумной техники и физики плазмы. Придя в штаб, координировавший работу коридоров, Саша застал там атмосферу всеобщего уныния. Большая карта СССР, висящая в диспетчерской и еще недавно утыканная зелеными флажками с указанием мест, где есть связь между мирами, теперь была пустой. Коридор не удалось открыть ни в одной точке.

Составив отчет для Андреева, Саша позвонил профессору Громову и сообщил печальную, хотя и ожидаемую новость. Тот отреагировал спокойно. Саша исподволь ожидал, что Громов даст какой-то совет, укажет — или хотя бы намекнет, в каком направлении теперь двигаться, — но тот ничего такого не сказал.

Надо было работать по плану, утвержденному Андреевым. Вернувшись в КБ-45, Саша понялся на второй этаж. Его кабинет с табличкой «Карелин А. В., заместитель директора по науке» находился через дверь от кабинета Андреева. Саша не был в восторге от близкого соседства с требовательным начальником, которого за глаза называли самодуром, но выбирать не приходилось.

Андреев перестроил работу КБ-45 так, что бюро стало больше походить на военную часть. Два раза в неделю — по понедельникам и четвергам, — в его кабинете проходили совещания, на которых руководителей подразделений отчитывались о выполнении календарного плана работ. Никаких отклонений от плана без предварительного обсуждения с Андреевым не допускалось.

Начальник КБ-45 поставил задачу собрать установку Франца Штирнера, запуск которой, как предполагалось, привел к появлению двух независимых ветвей одного мира. Андреев настаивал, чтобы в мастерских строго следовали чертежам, обнаруженным в архиве Общества немецкий древностей и захваченных советскими разведчиками в результате операции в замке Вартбург. Разбираться в чертежах было непросто. Саша целыми днями пропадал в мастерской, разбираясь вместе с инженерами, почему тот или иной узел нужен именно в этом месте. Саша имел общее представление о принципах функционирования установки Штирнера, однако мало понимал в конкретных технических решениях. Инженеры же наоборот — разбирались в технике, но им не хватало общего кругозора и знаний физики, чтобы понять, каким образом работает установка. Ситуация усугублялась еще и тем, что требования Андреева неукоснительно копировать чертежи зачастую исполнить было невозможно — Штирнер собирал установку на электротехнике, доступной в 1918 году, а с те пор много воды утекло, и часто решения выглядели анахронизмом, да еще и сложным для воспроизведения. В особо трудных случаях Саша под свою ответственность разрешал отклоняться от чертежей Штирнера, надеясь, что Андреев не полезет подробно изучать конструкторскую документацию.