Вскоре все было кончено. Штурмовые группы потеряли пятерых убитыми и семерых ранеными. Погибших немцев не считали. Сдавшихся в плен разоружили и согнали в штабной блиндаж, оборудованный на левом берегу.

Следующий час ушел на разминирование моста и организацию обороны. Никто не сомневался, что противник использует все возможности, чтобы восстановить контроль над мостом или уничтожить его. По плану отряд Орловского должен был продержаться шесть часов до подхода основных сил. Бронегруппа — две роты тридцатьчетверок с пехотой на броне, — уже рвалась к Волге, обходя огневые точки и оставляя их движущимся следом тяжелым танкам.

Орловский услышал артиллерийский выстрел — метрах в двадцати перед окопом взметнулась земля. Огонь вели из противотанкового орудия, укрытого за скоплением вагонов далеко впереди. Быстро немцы собрались, подумал Орловский, похоже, эти шесть часов будут жаркими. Ничего, обычное дело — если задание действительно важное.

1. Восточные железные дороги (нем.)

Глава 65. ДВИЖЕНИЕ НАВСТРЕЧУ

Глава 65. ДВИЖЕНИЕ НАВСТРЕЧУ

Доклад Тухачевского военному совету о ходе боевых действий за последние четыре дня слушали в кабинете маршала, в здании Генштаба на улице Спартака. Армия Восточного Союза продвигалась на запад на соединение с войсками Говорова, хотя и медленнее, чем рассчитывали вначале. На третий день после начала наступления в обход Кирова немцы раскусили его цель, и начали предпринимать контрмеры, усиливая оборону населенных пунктов вдоль реки Вятка. В Котельничах у немцев оказалась сильная противотанковая оборона, и передовые части понесли серьезные потери — впервые за все наступление. Тухачевский принял решение обойти город по объездной дороге, и, оставив заслон, двинуться дальше.

Троцкий чувствовал, как сгущается атмосфера в кабинете. Доклад Тухачевского слушали те, от кого во многом зависела судьба страны: Бухарин, так и не доехавший до своей любимой Москвы из-за закрытия коридоров между мирами, Литвинов, державший связь с Соединенными Штатами, от поставок которых по ленд-лизу зависела работа Танкограда, Валерий Громов, председатель Центрального штаба партизанского движения — его работа с каждым днем становилась важнее из-за растянутости коммуникаций войск.

Троцкий хотел понять, что они думают о текущей ситуации.

Дело ведь не только в наступлении. Дело в том, что во второй раз за несколько месяцев обстановка в стране кардинально поменялась. В мае, когда появились первые свидетельства о СССР из параллельного мира, никто не решался в это поверить. Однако свидетельств становилось все больше, а когда внезапно началось великое контрнаступление под Москвой, для сомнений не осталось места. И потом — это потрясение, когда они узнали, кто стоит во главе СССР! Ко бы мог подумать, что неприметный Коба достигнет таких высот? Во всяком случае, не Троцкий. Но что делать — пришлось смириться, глупо спорить с ее величеством историей. И эта встреча со Сталиным, когда они обо всем договорились — по крайней мере, так показалось…