По-моему, все это не так. Семья изменяется, но это вовсе не означает, что она умирает. В период стремительных перемен в обществе она, как социальный институт, делает то, что и должна была бы делать: ищет пути, которые помогут ей приспособиться к новым условиям, новым идеям, новому образу жизни и мышления.

Множество людей живут вместе, не вступая в брак. Количество разводов растет день ото дня. Это, конечно, не радует. Но гораздо хуже, когда люди продолжают состоять в браке, даже если он неудачен. Все это вполне объяснимо. Мы больше не нуждаемся друг в друге для того, чтобы выжить физически, и стараемся перестроить наши отношения таким образом, чтобы нас связывала только любовь, а это самая сложная задача из всех тех, которые люди когда-либо ставили перед собой.

Я вовсе не отрицаю, что во многих отношениях есть место страданиям и горю. Как у пар, состоящих в браке, так и у пар, в браке не состоящих, часто дело кончается взаимными обидами. Совместная жизнь не является гарантией счастливого брака, и вы можете быть уверены, что мне известны страдания детей, которые должны пережить развод. Что же касается их родителей, меня бесит утверждение, что причиной многих разводов является отсутствие чувства ответственности за семью и слабость, присущая человеку. В большинстве случаев развод говорит о том, что люди нашли в себе мужество посмотреть в глаза правде и понять, что жить вместе они не могут. Когда молодые люди женятся необдуманно, они, скорее всего, могут так же необдуманно развестись. Но когда расходятся супруги, имеющие детей, хоть один из них должен понимать, какую травму он наносит ребенку. Дело в том, что люди и раньше, и теперь воспринимали каждую жизненную ситуацию с присущей им силой или слабостью, но наличие пар, не состоящих в браке, и родителей-одиночек вовсе не означает, что нам надо поднять руки и признать, что род человеческий приходит в упадок. Наши ожидания сегодня выше, чем когда бы то ни было; мы не хотим жить с кем бы то ни было без любви, которая помогает людям развиваться, любви, которая питает душу; той любви, когда люди желают большего для другого, нежели для себя, больше всего они хотят обогатить собственную жизнь, поддерживая другого и желая ему добра.

Если вы хотите, чтобы вас успокоили относительно семейной жизни, советую вам провести день-два в любом аэропорту и понаблюдать за встречами и расставаниями. Бабушки, которые того и гляди получат удар в предчувствии объятий и поцелуев по ту сторону ворот; невыразимо нежные взгляды, которыми обмениваются мужчина и женщина, отыскав друг друга в толпе; взгляд заговорщиков, которым обмениваются муж и жена, пока дети облепляют возвратившегося папу. Все отражается здесь – иногда даже в традиционных формах. Но важно помнить, что появляются также и нетрадиционные формы: одинокие родители из Сан-Франциско, которые объединились неформально, так что у всех детей в округе появилось по крайней мере по полдюжины людей, заменяющих им родителей; церковь в штате Орегон, предложившая план «приемных бабушек и дедушек», так чтобы каждая молодая семья, живущая вдалеке от своих кровных родственников, могла пригласить приемных дедушек и бабушек на День благодарения и на Рождество для присмотра за детьми и для взаимной любви. Это и новые неформальные объединения в каждой местности, на каждом предприятии, которые помогают семьям, которым приходится часто менять место жительства, помогать друг другу. Один отец однажды мне рассказывал: «Нам пришлось за последние шестнадцать лет переезжать десять раз. Деннис рос с мыслью, что у него есть дяди и тети в каждом городе, куда мы приезжали, потому что, куда бы мы ни приезжали, люди нам помогали – быстро, с легкостью, с готовностью».