Вскоре после смерти Джона у Терри началась мигрень. Терри пробовала самые разные виды лечения, но головные боли не прекращались. Через 10 лет она решила проконсультироваться у психиатра, и он помог ей понять, что причиной ее страданий является то, что она так до конца и не пережила смерть своего сына. Она так старалась «рационально» отнестись к этому событию, что вела себя так, как если бы ничего особенного не случилось. После терапии головные боли уменьшились, однако не пропали совсем.

Этим субботним утром Терри и я поплакали вместе и обсудили новые исследования, которые показали, как важно оплакать потерю ребенка, даже если этого ребенка не удалось подержать на руках или увидеть. Терри сказала: «Может, теперь, когда я дала выплакаться всем моим слезам, которые накопились за двадцать восемь лет, мои головные боли и вовсе прекратятся».

Терри и Марк живут в доме с замечательным садом. Я предложила Терри посадить следующей весной дерево в честь Джона и устроить поминки по ребенку, который умер 28 лет назад. Может быть, это поможет завершить незавершенное – мы все вместе разделим чувства любви и печали и придем к принятию того, чего не можем изменить.

Важно помнить, что никогда не поздно завершить незавершенные дела.

Настоящий День матери^[1]

Моя 34-летняя дочь знает, что ей лучше не напоминать в моем присутствии о праздновании Дня матери. Я всегда терпеть не могла тот факт, что выбирается специальный день, чтобы поздравлять матерей. Мне казалось, что те матери, которые устраивают наибольший шум по этому поводу, меньше других наслаждались материнством и теперь требуют компенсации – слишком поздно и слишком дешево. Хотя мы все знаем, что Конгресс объявил День матери, чтобы ублажить тех, кто производит и продает подарки, мы все-таки как-то ухитряемся поверить в то, что в этот день дети должны нам оказывать почести. Что касается меня, так я объявила своей дочери с самого начала, что День матери несовместим с моей религией.

Несмотря на это отрицательное введение, я могу припомнить моменты, которые я могла бы назвать «День матери». Они никогда не приходились на тот самый день того самого месяца, но они были ПОТРЯСАЮЩИ! В один из таких дней Венди приехала навестить нас из Нью-Хемпшира, где она тогда жила. Я стояла около раковины и мыла фрукты, а она в это время ходила по кухне и разговаривала. Рассказывая мне о родителях каких-то из своих друзей, она обронила: «Знаешь, из всех родителей, которые мне встречались, я по-настоящему уважаю только тебя и папу». После этого она не переводя дыхания продолжала говорить о чем-то совсем другом.