Вкратце это означает следующее: При смерти любого организма его сущность остается нетронутой. Он погружается обратно в единую волю, и она, как активная сила, помещает его в какое-то семя или яйцо. То, что было человеком, может стать дубом, червем, тигром и т.д., или существо умирающего нищего становится царским сыном, дочерью баядера и так далее.
Невозможно поверить, что человек, написавший блестящую главу «О наследственности качеств», мог иметь такие мысли. Это как если бы брамин читал лекцию о метемпсихозе, а буддийский священник – о палингенезии. Но нет! Оба учения являются глубокими религиозными догмами, придуманными для поддержания морали. Шопенгауэр же, напротив, не знает воздаяния после смерти, и жизнь в этом мире – единственное возможное наказание для воли. – Правда, все существа, которые будут жить в будущем, уже живут сейчас; но это следует понимать только так, что все будущие дубы произойдут от настоящих дубов, все будущие люди – от настоящих людей, вполне естественным образом. У меня есть все основания предполагать, что Шопенгауэр позаимствовал свой абсурдный окказионализм из чрезвычайно важной доктрины Будды о карме, которую я буду обсуждать в «Метафизике».
После случайных причин реальная материя, которая блуждает вокруг без дела и флюхтига, приходит и трясет своими кудрями.
«Как?» – спросят они, – «сохранение простого праха, грубой материи, должно рассматриваться как сохранение нашего бытия?» Знаете ли вы эту пыль? Знаете ли вы, что это такое и на что оно способно? Узнайте её, прежде чем презирать.
Какое несчастье!