Светлый фон

Глава 71

Глава 71

Бретань, 6 июля 1963 года

Бретань, 6 июля 1963 года

Себастьян

Себастьян

 

Элиз. Его Лиз. Она выглядит такой умиротворенной, как будто просто спит. Годы ускользают, и он вспоминает, как в последний раз наблюдал за ней, спящей, на кровати в том гостиничном номере. С затаенным дыханием он разглядывает ее темные волосы, веером раскиданные по подушке. Они длиннее, чем раньше, и на ее гладкой коже цвета слоновой кости нет морщин. Длинные шелковистые ресницы бросают тень на щеки, только и добавляя красок ее бледному лицу.

Его пальцы покалывает от страстного желания протянуть руку и прикоснуться к ней, но он не осмеливается. Долго сдерживаемое дыхание вырывается с хрипом, отдаваясь в ушах. Жозефина склоняется над матерью, берет ее лицо в ладони, нежно поглаживает лоб и что-то шепчет ей на ухо.

Суазик похлопывает Себастьяна по плечу.

– Давайте оставим их.

Себастьян игнорирует ее призыв. Он только что прибыл сюда и не желает уходить.

– Идемте, – настаивает Суазик. – Изабель побудет с ней.

Он поднимает взгляд на Суазик и понимает, что она указывает ему его место. Он неохотно отводит глаза от Элиз и следует за Суазик в коридор, где они садятся на пластиковые стулья. Он достает пачку сигарет, предлагает Суазик.

– Я не думаю, что здесь можно курить, – резко говорит она.

Он встает.

– Тогда я выйду на улицу. – Не дожидаясь ответа, он направляется обратно к двери, радуясь возможности уйти от старухи; она не скрывает своего отвращения к нему. Он чувствует это физически.

Себастьян подходит к зарослям кустарника и закуривает, глубоко затягивается и смотрит на чистое голубое небо. Лиз. Лиз. Он вернулся. Только опоздал на восемнадцать лет. Проклятие! Черт бы все это побрал! Он пинает расшатавшийся камень. Смешанные чувства захлестывают его. Сожаление. Вина. Гнев. Страх. В ужас приводит одна лишь мысль о том, что Элиз не проснется, что он не сможет снова поговорить с ней, не сможет ничего объяснить.

Лиз. Лиз

Он думает об обручальном кольце, которое купил для нее, а потом оставил в ящике для пожертвований. Он думает о свече, которую зажег в память о ней. И снова спрашивает себя, почему не искал ее со всем рвением. Почему – о, почему – поверил ее отцу? Почему он хотя бы не попросил показать ее могилу? Себастьян опускает глаза в землю, плечи его поникают. Почему он так легко сдался?