И означенный князь Иван, будучи под караулом, умре.

10

Церкви Входа во Иерусалим, что в Китае у Троицы на Рву, поп Андрей, да попадья ево Степанида, которую привели з Дмитровки Сергиевской поп Амбросим, да Церкви Дмитрия Селунского дьякон Никита для того: как де они по указу святейшаго патриарха обыскивали в своем сороку вора Гришки Талицкого, и пришли в дом попа Андрея, и попадья де ево Степанида им говорила: «Не тово ль де Гришки ищут, которой к мужу ее хаживал, и говорил у них в дому: „Как де я скроюсь, и на Москве де будет великое сметение“?» И казала тетрати руки ево, Гришкиной.

А попадья Степанида в роспросе сказала: «Тот де Гришка в дом к мужу ее хаживал, и, будучи де у них в доме, при муже ее и при ней тот Гришка великого государя Антихристом называл: „И какой де он царь – мучит сам!“ А про сына ево, государева, про государя царевича говорил „не от доброво де корении, и отрасль не добрая“, „и как де я с Москвы скроюсь, и на Москве де будет великое сметение“».

(Л. 14) А поп Андрей сперва в роспросе в тех вышеписанных Гришкиных словах запирался, а по улике жены своей в роспросе ж и с розыску винился и сказал: «От того де Гришки слышав такие слова, не известил простотою своею, боясь про такие слова и говорить, да и страха ради, авось он, Гришка, в тех вышеписанных словах запретца».

11

Кадашевец Феоктистка Костентинов, на которого Гришка Талицкой говорил: «О Последнем Веце и о Антихристе с ним, Феоктистком, он говорил, и купил де он у него книгу „Хрисмологию“, а на писме де тому Феоктистку он о том не давывал, и совету с ним в тех писмах не бывало».

А Фектистко Костентинов в роспросе и с пытки говорил: «У Гришки де Талицкого он книгу „Хрисмологию“ купил на продажу, дал три рубли, и Гришка де в разговоре говорил, чтоб он, Феоктистко, продал имение свое и пошел в монастырь для того, что пришла кончина Света, и Антихрист настал, а Антихристом называл великого государя. И просил у него, Феоктиста, он, Гришка, себе денег на пропитание: „Пришло де Время Последнее, а вы де живете, что свиньи“. А что де он, Феоктистко, в тех словах на него, Гришку, простотою своею не известил, (Л. 14 об.) в том перед великим государем виноват. А про воровство де ево, Гришкино, и про воровские писма не ведал».

12

Гришкин племянник Мишка Талицкой в роспросе и с пытки говорил: «После де дяди своего, Гришки, на другой день, пришед к тетке своей, взял ис черной избы тетрати обманом, чтоб ему про те тетрати известить в Преображенском приказе з братом своим, Новоспаского монастыря с писцом с Алешкою Коробовским, толко того числа известить не успели».