А Федотко Миляков сказал: «Гришка де Талицкой пришел к нему с портным мастером, Сенкою зовут, чей сын и словет, не помнит, и ево, Федотка, поили вином, и в разговоре тот Гришка говорил ему, Федотку: „Хочет де он (Л. 16) писать книгу о Последнем Веце, да нечем питатца, потому что скуден“. И он де, Федотко, ему, Гришку, говорил: „Как он такую книгу напишет, чтоб ту книгу дал ему, и он де ему за труды даст денег“. И в пьянстве дал ему денег десять рублев. И после того он, Федотко, тому Гришке говорил, чтоб ему дал ту книгу или денги, и Гришка ему в книге отказал: „Нельзя де мне тебе той книги дать: человек ты непостоянной и пьяница“. А про то, что в той книге на государя написана у него, Гришки, хула с поношением, не сказывал. И про то де он сперва в роспросе не сказал в торопях, в том перед великим государем виноват».

14

Иванов человек Стрешнева Андрюшка Семенов, на которого Гришка Талицкой показал: «Дал он, Гришка, ему, Андрюшке, списать тетратку о летех же и о пришествии Антихриста разговор у него с ним был же, а мудрствовал про те лета и о Антихристе он, Гришка, а тот человек не знает».

И он, Андрюшка Семенов, сказал: «Тот де Гришка в доме у себя дал ему тетратку в четверть, писана полуставом, „О исчислении лет“. И он де, Андрюшка, прочет ту тетратку, отдал тому Гришке назад и сказал: „Я де етова познать не могу“. И тот де Гришка ему говорил: „Ныне де пришли последние времена; настанет де Антихрист, (Л. 16 об.) а будет де Антихрист великий государь“. И от него пошел домой. А про те де ево, Гришкины, слова он не известил потому, что был болен».

15

С Пресни Церкви Иоанна Богослова роспопа Гришка Иванов, на которого Гришка Талицкой с подъему говорил: «Как де он те свои воровские писма „О исчислении лет“ и „О последнем веце и о Антихристе“ составил, и, написав, купил себе две доски грушевые, чтоб на них вырезать на одной „О исчислении лет“, на другой „О Антихристе“, и, вырезав „О исчислении лет“, хотел печатать листы и продавать. А сказали де ему, Гришке, на площади, что тот распопа режет кресты. И он де, Гришка, пришел к тому роспопу с неназнамененою доскою, и говорил ему, чтоб он на той доске „О исчислении лет“ вырезал слова. И тот де поп ему сказал: „Без знамени де резать невозможно; чтоб он, Гришка, ту доску принес назнамененую“. И он де, Гришка, ему говорил: „Ныне де Время Последнее, и Антихрист пришол, и сказывал ему от бытейских и от пророческих книг, и приводом называл государя Антихристом: во Опакалепсисе Иоанна Богослова в 17 главе написано: Антихрист будет осмой царь. А по нашему де щоту осмой царь – он, государь, да и лета де сошлись: у меня де (Л. 17) тому есть, выписано и в тетратех“. И роспоп де, Гришка, ему, Гришке ж, говорил, чтоб он те тетрати к нему принес почесть: „Однако де у меня будет человек тех тетратей послушать“. И после де того к тому роспопе он, Гришка, пришол Хлебенного дворца с подключником с Пашкою Филиповым, а с собою принес для резбы доску[1253] назнамененую, да лист, да тетрати. А те де тетрати он, Гришка, им чол, и приводом государя Антихристом называл: то де они слышали подлинно».