Известие об успехах воеводы Шереметева было получено под Азовом 19 августа, через 2 недели после неудачного штурма, в обстановке общего уныния, непрерывных вылазок янычар из города и налетов крымских татар на обозы и тылы русской армии.

Очень показательна реакция царя и его окружения на «сеунч» воеводы Шереметева. Генералы и все полковники были созваны в царскую палатку, где им торжественно зачитали грамоты с Днепра. «Затем мы стали пить, – рассказывает Патрик Гордон, – за здоровье его величества, а также боярина (Шереметева. – В.К.) и гетмана, и, наконец, всех верных слуг в армии, причем при каждом тосте был даваем залп из крупных и мелких орудий во всех трех лагерях и в траншеях, что беспокоило турок». Видимо, царю очень нужен был хоть какой-то военный успех!

В Польше, во Львове, напечатали специальную поздравительную брошюру по случаю взятия Кызы-Кермена. Заслуги победителей на аллегорической картинке были перераспределены следующим образом: первым в распахнутые ворота Кызы-Кермена въезжает на колеснице, запряженной двумя львами, сам… Петр I, за ним скачет на коне с булавой в руке гетман Мазепа, и только позади них – воевода Шереметев в окружении других всадников. Трудно сказать, чем руководствовались создатели этой «аллегории». Возможно, излишнее прославление воеводы показалось властям чрезмерным.

В декабре того же года из войска Б.П. Шереметева было выделено для нового «донского похода» 7 пехотных полков, 15 тыс. запорожцев и значительная часть дворянской конницы. В феврале 1696 г. боярин приезжал в Москву. Все приличия были соблюдены: на Калужской дороге его встретил стольник царя – спросить о здоровье. Встречу организовали торжественно, но продержали Шереметева в Москве недолго и вернули в Ахтырку на прежнюю должность белгородского воеводы…

Показательно, что вопрос о главнокомандующем был фактически решен еще до приезда Бориса Петровича Шереметева в Москву, причем его кандидатура даже не называлась. 14 декабря 1695 г. во дворце у Лефорта собрались царь Петр I, Головин, Гордон и другие генералы. На военном совете решили назначить генералиссимусом боярина князя М.А. Черкасского, а если он по болезни не сможет принять командование – то боярина и воеводу А.С. Шеина.

Ссылка на болезнь не случайна. Князь Черкасский был выше Шеина по старшинству и возрасту, значительно раньше получил боярское звание, но боевым воеводой не являлся. Единственный возглавляемый Черкасским поход в Киев в 1679 г. обошелся без единого сражения, полки «на отпор к неприятельскому приходу были во всякой готовности», но турки на Киев не пошли…