Один из видных современных историков полагает, что с образованием Дальневосточной республики в апреле 1920 года история Гражданской войны закончилась, поскольку массовое антикоммунистическое движение крестьян началось позднее, только с лета, и вполне уверенно подавлялось властями[2544]. Однако необходимо оспорить это мнение, поскольку повальный красный бандитизм со стороны партизан на захваченных ими территориях, а также широкий красный террор со стороны войск и спецслужб большевиков начались сразу после падения белой власти, что говорит о продолжении истребительной войны. Фактически Гражданская война после ухода белых продолжалась и в Сибири, и на Дальнем Востоке. Ачинский, Барнаульский, Бийский, Горно-Алтайский, Канский, Красноярский, Мариинский, Минусинский, Нижнеудинский, Павлодарский, Семипалатинский, Славгородский, Томский, Щегловский уезды и ряд других в первой половине 1920 года были полностью или частично охвачены партизанскими бесчинствами; то же самое относилось к Прибайкалью, Забайкалью, Амурской области, Приамурью и Приморью.
Формирование коммунистической власти на местах шло с опорой на вооруженные комячейки из бывших партизан, тяготеющие к размашистому социально-бандитскому террору, а также на части РККА, ЧОН и ВОХР, особые отделы, сеть губернских, транспортных и уездных ЧК, милицию, набиравшиеся опять же преимущественно из партизан, склонных к грабежам и неразборчивому мщению.
Вывод о фактическом продолжении Гражданской войны после возвращения большевиков – продолжении как властями, насаждавшими военный коммунизм, так и вооруженными партизанскими шайками – позволяет логично связать первую половину 1920 года с последующими двумя годами Гражданской войны на востоке России. При этом начавшееся с весны–лета 1920 года массовое повстанческое антикоммунистическое движение было ответом не только на официальную политику военного коммунизма, но и на неофициальный партизанский террор, связанный с мародерством, бессудными и нередко повальными расправами, а также прочими видами насилия.
Глава 20 КНУТ И ПРЯНИК: ПРИРУЧЕНИЕ ПАРТИЗАН
КНУТ И ПРЯНИК: ПРИРУЧЕНИЕ ПАРТИЗАН
Руководство Советской России, напуганное стремительным разгромом полупартизанских частей Южного фронта, изменой Н. А. Григорьева, направившего свою 20-тысячную армию против красных, что привело летом 1919 года к быстрому захвату Деникиным практически всей территории Украины, чрезвычайно опасалось сибирского варианта махновщины. Ленин в июле того же года телеграфировал РВС Восточного фронта: «Следует принять особые меры… для того чтобы сибирская партизанщина не разложила наших войск»[2545]. Реввоенсовет, не разделяя беспокойства вождя, отвечал оптимистично («В Сибири нет тех благоприятных условий, при которых может пышно расцвести махровый цветок партизанщины в духе Украины») и обнадеживал: «Будьте спокойны… <…> Сибирскую партизанщину пресечем». Однако Ленин в ответ потребовал от РВС Восточного фронта «подробно обсудить с политработниками и осуществить конкретные меры против партизанщины»[2546]. Настороженное отношение к крестьянскому повстанческому движению в тылу белых сохранялось у руководства страны и в последующие месяцы.