Едва ли не главное место на российско-корейских переговорах занял проект создания железнодорожного транспортного коридора между Севером и Югом Корейского полуострова, Россией и Европой. Реализация этого проекта не только принесла бы немалую материальную выгоду всем его участникам, но и стала бы решающим шагом на пути межкорейского примирения и развития современных форм экономического сотрудничества в Северо-Восточной Азии, до сих пор из-за реликтовых пережитков холодной войны остававшейся вне набирающих силу международных интеграционных процессов. В Московской декларации стороны официально обязались “предпринять все необходимые усилия на основе общепринятых в мировой практике принципов взаимовыгодное™ проекта создания железнодорожного транспортного коридора, соединяющего Север и Юг Корейского полуострова с Россией и Европой, и заявили, что работа по соединению корейских и российских дорог вступает в стадию активного осуществления”[321].
Во исполнение этих договоренностей стартовали серьезные всесторонние переговоры между железнодорожными ведомствами двух стран на самом высоком уровне. Историческую роль может сыграть подписанное 14 августа 2001 г. межведомственное российско-корейское соглашение, согласно которому по восточному побережью КНДР пойдет на Юг железная дорога с широкой российской колеей, чтобы не задерживать транзитные поезда для замены колесных пар. Маршрут предполагал создание еще одного перехода через военно-демаркационную линию между Севером и Югом в дополнение к готовящемуся на линии Сеул – Синыйджу.
Выбор варианта с российской колеей – личная инициатива Ким Чен-ира и прямой результат его железнодорожного путешествия по России. Ким Чен-ир, проехав по Транссибу (и, кстати, став единственным иностранным руководителем, участвовавшим в праздновании и его 100-летия, и 150-летия Октябрьской железной дороги), похоже, лично загорелся реализовать этот проект, который ставил его страну на перекрестье торговых путей XXI в.
Речь идет о создании специализированной транзитной трассы от самой южной оконечности Корейского полуострова для обработки контейнеров не только из РК, но и из региона Юго-Восточной Азии. Это – абсолютно новаторский разворот, и прорыв здесь был бы невозможным без визита.
Не секрет, что реализации проекта вполне способны помешать американцы, чье согласие необходимо для открытия коридора в контролируемой войсками ООН демилитаризованной зоне между Севером и Югом (так что Юг здесь не вполне самостоятелен. И не только по этой технической причине). Это – еще одно суровое испытание для южнокорейского руководства в том, что касается степени его реальной “свободы рук”.