А иногда купеческая любовь оборачивалась ненавистью – такой же страстной и яростной. Есть в Петербурге легенда о строительстве общественных уборных. На Адмиралтейском проспекте стоит туалет, возведенный еще в начале ХХ века. На первый взгляд и не скажешь, каково предназначение этого очаровательного строения: с башенками, узорной кладкой… Маленький особняк? Крошечный магазин галантереи? Ан нет! Туалет-с. И с любопытной историей.
Якобы в 1902 году солидный купец Григорий Александров воспылал чувствами к молодой даме из аристократического семейства. У него были деньги, а у хорошенькой баронессы – свежая прелесть. Чаще всего эти два компонента способствовали прочному браку, однако здесь не сложилось. Поначалу девушка благосклонно улыбалась, когда Александров приезжал в ее дом с подарками и комплиментами. Но едва заговорил о свадьбе, дворянка задрала аристократический носик и напомнила купцу, что сам он из крепостных.
Купцу не приходило в голову стыдиться своего происхождения. В начале ХХ века немало торговых людей имели такой нюанс в биографии и даже числились среди поставщиков Императорского двора. Поэтому спесь молодой особы неприятно поразила Александрова. Одно дело – спокойный отказ. Другое – насмешка.
И он решил отомстить. Рядом с домом «нежной прелести» пустовал небольшой участок земли. Обратившись к городским властям, купец выдвинул предложение: он готов купить этот клочок ради блага любимого Петербурга. Построит нужное и важное строение: общественную уборную! И заказал проект архитектору Алексею Зазерскому. Пикантность ситуации была в том, что Александров настоял, чтобы у туалета имелись отличительные внешние черты. Он умолчал, что добивался сходства уборной с загородным домом баронессы. Так что гордячка получила под окнами туалет, да еще и страшно напоминавший ее же собственную усадьбу. Элегантная месть!
А в Арзамасе рассказывают печальную историю любви дочери купца Будылина. Девушка должна была выйти замуж за представителя такого же купеческого сословия, но отдала свое сердце обычному приказчику, трудившемуся у отца. Некоторое время молодые не решались признаться друг другу в чувствах – между ними стояло немало преград. Но когда кто-то из них сделал первый шаг и обнаружил, что любовь взаимна, созрел план. Дочке зажиточного человека со связями не позволили бы совершить мезальянс. Поэтому оставался только один выход – бежать. Потом венчаться, а дальше как выйдет. Авось и смирится батюшка, если к нему кинуться в ноги с просьбой о снисхождении.