Примерно в те времена преподобный Педро, выйдя из церкви, заметил, как тучный мужчина, неплохо одетый, протягивает хлеб с салом девочке, свернувшей на улицу Бертрельянс. Девочка подошла ближе, мужчина оторвал от сала кусочек, девочка жадно схватила его, сунула в рот, будто боялась, что это неправда, что еду сейчас отберут. Мужчина оторвал другой кусок и поманил ее, улещая словами, в темный подъезд. Девочка ни минуты не колебалась. Проглотила, почти не жуя, первый кусок и уже собралась было идти за мужчиной. Но тут священник схватил кусок сала, который наподобие приманки высовывался из подъезда, и вырвал его из рук мужчины, который прятался в темноте.

Извращенец вышел, изумленный, а увидев перед собой пылающее гневом лицо священника, завопил и попытался сбежать, но преподобный Педро схватил его за руку и удержал. Вокруг них стал скапливаться народ. Священник подозвал девочку, отдал ей отобранный кусок, потом вырвал у злодея хлеб и остаток сала и тоже вручил ей.

– Она в этом нуждается больше, чем ты, не так ли? – бросил он в лицо негодяю. – Видит Бог, в тебе предостаточно жира… и грязных поползновений. – Тот заскулил, сделал скорбное лицо. Не поддавшись на такую уловку, преподобный Педро встряхнул его и повысил голос, чтобы услышали жители квартала, плотной толпой обступившие их. – Чтобы не смел больше крутиться вокруг церкви и заходить на ближайшие улицы! Посмотрите на него хорошенько! – обратился он к собравшимся, среди которых были и знакомые ему прихожане. – Этот мерзавец охотится за невинными девочками, такими, как эта. – Он кивком указал на Монсеррат, которая, отрешившись от всего, поедала сало и хлеб. – В следующий раз, когда снова увидите его здесь, гоните негодяя взашей!

– Зачем ждать следующего раза! – заорал кто-то из присутствующих и набросился на толстяка.

Другие последовали его примеру, и развратника погнали по улице Бертрельянс, колотя, пиная, обзывая и оплевывая.

Преподобный Педро проводил Монсеррат домой и поговорил с Хосефой. Рассказал ей о том, что случилось; мать задрожала, представив себе, как ее девочку насилуют в темном, сыром, вонючем подъезде, а немного придя в себя, обещала принять меры. Она уже говорила с девочкой о скверных мужчинах, но, видимо, придется поговорить еще раз.

– Она голодна, – напомнил преподобный.

– А кто сыт? – пожала плечами Хосефа.

– Церковь помогает семьям в твоем положении. У нас есть средства.

– Вы не знаете, кто я, – перебила его Хосефа.

– Знаю, – изумил ее клирик. – Ты жена анархиста, одного из тех, кого арестовали за бомбу во время праздника Тела Христова.