— Не вижу повода отказаться. Пойдем, заодно расскажешь, чем вы тут дышите.

— А, — с досадой махнул рукой Беня. — С тех пор, как стал командовать Ландсберг, все катится под откос. И что самое противное, я не знаю, как этому противостоять. Обложил со всех сторон, курляндская морда! Этой ночью «Ладога» и «Тобол» получили серьезные повреждения во время рейда. Вот четкое впечатление, что их ждали. Зуб даю, крыса сидит на самом верху.

— И кто сейчас в строю из наших остался?

— Да почти все в ремонте! Что ни день, новые атаки…

— Плохо. Потери?

— Хватает! За неделю больше десяти человек не досчитались. И еще тридцать два в госпиталь попали.

— Что скажешь… Ну, давай помянем воинов. Только сначала перекусим.

— Конечно. Я распорядился накрыть стол в кабинете, или ты желаешь в общем зале?

— Там, наверное, не протолкнуться?

— В точку! Твои уже куролесят и угощают остальных.

— Тогда я к ним позже загляну, сейчас хочется немного покоя…

— Семен Наумович, — с подобострастным видом отвлек управляющего портье. — Опять звонили из «Империала».

— Какого черта им надо?

— Спрашивали какого-то Колычева и просили сообщить, как только он появится.

— Вот оно что, — нахмурился Беньямин, после чего испытующе посмотрел на Марта. — Очевидно, это тебя, парень. Появились друзья в Сеуле?

— Вроде нет, — пожал плечами молодой человек, уже догадываясь, кто бы это мог быть. — Если вы не против, я отвечу?

— Валяй!

— Я вас догоню, — пообещал он опекуну с Витькой, после чего решительно направился к стойке с телефоном.

— Вызов уже прервался, — извиняющимся тоном сообщил слуга, — но если угодно, я наберу.

— Сделай, братец, — согласился Март и похлопал по карманам в поисках денег для чаевых, но ничего не нашел.