Он целыми ночами молился тому, кто мог его слышать, чтобы ему предоставили всего-навсего единственный шанс снова увидеть обладателя этого голоса. Чтобы он заставил этого парня заплатить за все, что тот сделал с ним. Он обращал свои молитвы к божествам большим и малым, иногда к «Богу», иногда к «Иисусу», а раз даже к «Але», а еще раз – неожиданно – ко мне, его чи. Когда молитвы остались неуслышанными или когда он думал, что дело сделано и уже ничего не исправишь, он уходил в себя и целыми днями представлял себе встречи с этим человеком, одну кровавее другой. Один вариант, наиболее яркий, начинался так: мой хозяин сидит в том самом ресторане, где впервые встречался с ним в 2007 году, и вдруг появляется этот человек, разбогатевший теперь на деньгах, украденных у моего хозяина и других, и с ним привлекательная женщина. Мужчина входит величественной походкой, он сама благожелательность, его встречают хвалебные голоса посетителей ресторана. Он заказывает им всем выпивку и оплачивает чек, довольный тем, что сумел произвести впечатление на женщину, с которой пришел. Этот человек, вероятно, приехал ненадолго в Нигерию, уверенный в том, что его жертва все еще сидит в тюрьме. А потому был абсолютно уверен в себе. Он не догадывался, что судьба приготовила ему заслуженное наказание в лице моего хозяина, искалеченного человека, только ждущего его появления.

Мой хозяин тогда наклонил бы голову к столу, чтобы спрятать лицо, пока этот человек устраивается за выбранным столиком, а потом резко встал бы, отбил донышко у принесенной ему бутылки пива и бросился в атаку. И в этой своей атаке он проявил бы такие качества, о которых не подозревал даже сам. Он бы выпестовал в себе сердце палача – безжалостного, быстрого, скрытного, жестокого. Тот человек и глазом не успел бы моргнуть, как мой хозяин вонзил бы разбитую бутылку со всей силы в живот врага. Но на этом дело не кончилось бы. Он бы вытащил бутылку и вонзил ее теперь в грудь. Его бы не остановил фонтан крови, обильно растекающийся по залу. Он бы продолжал ударять по шее, рукам, груди этого человека, пока другие люди не оттащили бы его от тела. Но к тому времени он бы уже сделал свое дело. Это была бы расплата, какая существует между людьми тысячи лет. Тот, кто решил жить по-плохому, и кончит по-плохому. Эгбуну, эта сцена долгое время стояла перед глазами моего хозяина, как самый желанный портрет этого дня, в который его привел счастливый случай.

Мой хозяин подвел мотоцикл к собравшимся людям и не успел с него соскочить, как виновный узнал его. Оратор прервал свою речь и поспешно передал мегафон другому, стоявшему рядом и одетому так же, как он, на манер Белого Человека: рубашка, галстук, простые брюки. Мужчина бросился навстречу моему хозяину с криком: «Чинонсо-Соломон!»