Светлый фон

Ха, это я так начал прикалываться про себя над сложившейся ситуацией. Второй тур "соревнований"– это, разумеется, музыкальное представление. Мы переместились в соседнюю залу, где стулья для слушателей уже были расставлены вокруг фортепьяно. Ну кто бы сомневался! Вот только великие не учли, что певцов и музыкантов к ним пожаловало двое, так что для Машули мы второй стул к фортепьяно сами поставили. Сегодня в четыре руки играть будем, от этого музыкальное сопровождение сильно выигрывает и украшает песни. Зря, что ли, мы с сестрёнкой под руководством мамули Ростовцева столько музицировали в последнее время?

Ну а дальше всё пошло по накатанной за последние три недели программе. И один я пел, и дуэтом с сестрёнкой, и оттарабанили мы свой песенный репертуарчик, как обычно, на ура. Хозяева не поскупились на аплодисменты, наш концерт им очень понравился. Особенно радовались и выражали свои восторги дети, несмотря на попытки взрослых умерить их разгорячённый пыл. Я поначалу боялся, что мой голос в этой огромной зале с её шикарной акустикой потеряется на фоне фортепьяно и голоса Машули, но потом освоился, и волнение улеглось. Справился, в общем.

Всё-таки не зря с тех пор, как я первое представление для дам в Красноярске устроил, Софа взялась улучшать наши с Машкой вокальные данные. Петь в этой жизни предстоит много, ведь глупо не использовать столь эффективный способ воздействия на людей. Стало быть, инструмент под названием голос стоит настроить как можно лучше. И тут, надо признать, наша старшая подошла к делу со всей серьёзностью: и распевками мы ежедневно занимаемся, и настойки разнообразные пьём, и сырые яйца лопаем.

А ещё Софья Марковна частенько нам горло на ночь пальчиками гладит. Не знаю уж, что она там преобразует или настраивает, но прогресс заметен. Диапазон наших голосов увеличился: Машуля более низкие ноты стала брать, я — более высокие. И звучат голоса уже сочнее и богаче, чем ранее, — обертонов добавилось. У меня к тому же громкость возросла. При этом наша старшая уверяет, что подростковая ломка голоса мне теперь не грозит (была такая опаска, ведь телу моему всего четырнадцать лет).

Я, правда, сначала не понял, зачем все эти процедуры сестрёнке нужны, у неё и так-то голосище будь здоров, и нет особого смысла его развивать — певицей она, во всяком случае, становиться не собирается. Но Софья Марковна сказала: "Так надо. В жизни пригодится", и я с такой формулировкой согласился. Кто знает, с чем ещё нам предстоит столкнуться? Любой талант, брошенный на чашу весов судьбы, может стать решающим.