Я не ответил.

– Ты ему перезвонишь?

– Ага.

– Что-то ты последние дней пять только и делаешь, что с утра до ночи хандришь, сидя дома. Хандришь и тренируешься.

Хандрить. Я вспомнил, что Джина как-то раз назвала меня меланхоликом.

– Ничего я не хандрю. И я не только тренируюсь. Еще читаю. И думаю о Бернардо.

– Правда?

– Да.

– И что надумал?

– Хочу начать ему писать.

– Он отправлял обратно все мои письма.

– Серьезно? Ну, может, мои прочитает.

– Может быть, – сказала мама. – Стоит попробовать. Почему бы и нет?

– Ты перестала ему писать?

– Да, Ари. Мне было слишком больно.

– Логично, – сказал я.

– Только не расстраивайся, если он не ответит, хорошо? Не ожидай слишком многого. Папа однажды пытался его навестить.

– И как?

– Твой брат отказался с ним видеться.

– Он ненавидит вас с папой?