– Что?

– Она получила письмо от того же Дмитрия, что и ты. Екатерининская площадь 1, квартира 12, кажется.

– Что?!

– Конь в пальто! Дмит-рий Ка-ра-у-лов.

– Ты врешь?

Я не так это сказала, гораздо более крепким словом. А я никогда не ругалась матом. Очень редко. В крайних случаях. Как и полагается старой девочке.

– Почему люди никогда не верят, когда им говорят правду? Твое письмо было толстым, а ее – тонким. Это потому, что в твоем письме были фотки. Я их нащупала. Этот Дима из Одэссы ваш общий любовник? – Аннабелла сардонически улыбнулась.

– Что?!

– Я так и знала, что она тебе письмо не передаст. Лучше бы я сама тебе его лично передала. Вообще-то Тенгиз не должен был ей его отдавать. Это не комильфо. Письма и посылки нужно передавать прямо в руки адресата. Ты точно не читала то, что Тенгиз мне написал?

Я могла бы на это ответить, что конверт как был запечатанным, так и остался, в чем Аннабелла могла сама убедиться, но не смогла ничего произнести.

– Все понятно, – произнесла вместо меня Аннабелла. – Ты мне до сих пор не веришь. И про топор не веришь. И про дыру в заборе. И про Алену тоже не веришь. А я всегда была на твоей стороне. Я всегда думала только о том, чтобы тебе было хорошо. Я тебе всегда пыталась открыть глаза на правду и научить тебя жизни, о которой ты совсем ничего не знаешь, потому что ты росла в нафталине. Я прочла твою книгу и сказала тебе, что это хорошая книга, и посоветовала тебе, как сделать ее еще лучше, но ты решила смешать меня с грязью. И вот теперь я здесь благодаря твоим стараниям. И таблетками меня кормили тоже благодаря тебе – думаешь, я не знаю, что ты Тенгизу все-таки настучала про тот случай с бритвой? Но я на тебя не злюсь. На наивных дурочек не обижаются.

Что тут скажешь? Ничего. Только в голове невпопад пронеслось: “О-о-о, это страшная женщина, ее боится сам кардинал!”

– Беги из Деревни, Комильфо, – сказала страшная женщина. – Там все с ног на голову перевернуто. Никому нельзя доверять. Это заговор. Они все врут. Все скрывают. Никогда нельзя знать, кто тебе друг, а кто – враг. Ты никогда не поймешь. Ты всем веришь. Всем, кроме меня. Кто же из нас сумасшедшая?

Я не знала, кто из нас была сумасшедшей. Наверное, все же я, раз опять по доброй воле к ней приехала.

– Будь здорова, – выдавила я из себя через силу.

Вышла из палаты. Аннабелла со мной даже не соизволила попрощаться – разлеглась на кровати и уткнулась в свой журнал.

На лесной остановке я ждала автобуса в темноте одна. Ни один автомобиль по извилистой дороге за это время не проехал. Если бы не огни в здании напротив, можно было бы подумать, что в этом месте никогда не ступала нога человека. Интересно, это природный лес или, как большинство израильских лесов, посаженный людьми?