Несмотря на то что еврейская Библия содержит упоминания о богах помимо Яхве (во многих переводах неверно прочитанного как Иегова), это не опровергает утверждения, согласно которому основным вкладом иудаизма в религиозное мышление Ближнего Востока был монотеизм. При вдумчивом прочтении текста выясняется, что эти другие боги отличались от Яхве в двух отношениях. Во-первых, своим происхождением они были обязаны Яхве – «вы – боги, и сыны Всевышнего – все вы» (Пс 81:6). Во-вторых, в отличие от Яхве, они были смертными – «вы умрете, как человеки, и падете, как всякий из князей» (Пс 81:7). Эти отличия, несомненно, достаточно важны, чтобы поместить Бога Израилева в особую категорию, как отличающегося от других богов не только количественно, но и качественно. Они не соперники Яхве, они подчиненные Бога. С давних времен, возможно, с самого начала библейских записей, евреи были монотеистами.

Значение этого достижения религиозной мысли в конечном итоге заключается в фокусе, который оно привносит в жизнь. Если Бог – то, чему отдаются безоговорочно, иметь больше одного бога – значит вести жизнь в состоянии рассредоточенной преданности. Для того чтобы жизнь была целостной, чтобы не приходилось целыми днями метаться от одного космического бюрократа к другому, выясняя, кто в этот день главный, – иными словами, если существует способ прожить жизнь последовательно, стремясь к реализации, если есть способ, который можно отыскать и стараться соответствовать ему, то поддерживать этот способ должна единственность Другого. То есть в этом и заключалось основание еврейской веры. «Слушай, Израиль: Господь, Бог наш, Господь един есть» (Втор 6:4).