Этап отправлен был 27 января. Перед отходом поезда с заключенными на Калужском вокзале собралось много духовных чад отца Никона. С большой скорбью проводили они своего старца в далекий путь на труды исповедничества и — кто знает? — может быть, и до смерти.
Глава 40. Кончина старца Нектария. Жизнь и смерть отца Никона в ссылке
Глава 40. Кончина старца Нектария. Жизнь и смерть отца Никона в ссылке
Благодаря усилиям Н.А. Павлович, которая имела связи в Москве, удалось спасти от расхищения или уничтожения Оптинскую библиотеку с богатейшим архивом, где находились редкие рукописи. Ими интересовались некоторые московские ученые, среди них известный востоковед Н.И. Конрад, академик впоследствии. Это убеждало власти в действительной ценности книг и бумаг собрания обители, и они позволили описать их, забить в ящики и отправить в Москву, в только что образованную Всесоюзную библиотеку (ныне Российская государственная). Здесь архив сохранился почти полностью, но книги в основном рассеялись в ее фондах. Все остальное в Оптиной было расхищено, был устроен даже аукцион, распродажа всевозможных предметов — от садового инвентаря до чугунных и мраморных надгробий. Иконы пошли как простой древесный материал в столярные мастерские Козельска. Металлолом — на ближайший завод. Большой колокол не проходил в оконный проем колокольни, пришлось расширить отверстие. Сброшенный колокол упал, но не разбился. Не поддался он и кувалдам. Тогда обложили его дровами и зажгли. После того как он раскалился, его стали поливать водой. И только тогда он треснул и распался. Когда увезли большой лом, местные жители начали подбирать на память небольшие осколки… Колокол этот имел густой бархатный голос, слышный за полтора десятка верст.
29 апреля / 12 мая 1928 года в селе Холмищи Брянской области скончался старец Нектарий. Пять с небольшим лет жизни вне Оптиной дались ему нелегко. Выйдя из тюрьмы, он жил на хуторе близ села Плохина. Хутор и село были разделены границей Калужской и Брянской губерний, что имело свое значение для старца, которому запрещено было проживание в Калужской. Через некоторое время власти потребовали, чтобы старец покинул хутор. Он переехал в село Холмищи Брянской области к родственнику В.П. Осина (владельца плохинского хутора) вдовцу Андрею Ефимовичу Денежкину. Там отец Нектарий вместе со своим келейником отцом Петром занял половину дома — две светлые комнаты.
Чекисты постоянно грозили Денежкину сослать его на Камчатку, требовали непомерно большие налоги, но он только ограничил свободное посещение старца, чтобы не так явно было многолюдное паломничество верующих к нему (ГПУ требовало от старца прекратить прием людей). Но кто хотел, тот к старцу попадал, иногда дожидаясь где-нибудь неподалеку сумерек, чтобы войти в дом незаметно. Когда Н.А. Павлович спросила старца, не поискать ли более удобного жилья, он ответил: «Меня сюда привел Бог». Первое время ссылки он очень грустил и не сразу начал принимать людей, нуждающихся в духовном утешении, исповеди, благословении. Но он сам рассказал кому-то, что явились ему все почившие Оптинские старцы и сказали: «Если хочешь быть с нами, не оставляй своих духовных чад»620. И он вернулся к старчеству, — Господь укрепил его дух.