⁶²¹ Ср. у свт. Иоанна Златоуста, который соотносит это Судилище с «днем лютым», говоря так: «Какой день Писание обыкновенно называет лютым? День бедствий, наказаний, скорбей. Так и в другом месте он говорит: блажен разумеваяй на нища и убога: в день лют избавит его Господь (Пс. 40, 2). Таков день будущего Суда, страшный и ужасный для грешников. Видишь ли первый урок высочайшего любомудрия, который научает тебя, что достойно страха и что — презрения? Кто не делает этого превосходного различия, тот находится как бы в глубоком мраке и расстройстве. Если мы не станем различать, чего должны страшиться и что презирать, то жизнь наша будет исполнена многих заблуждений, многих опасностей. В самом деле, крайне безумно — бояться того, что недостойно страха, и смеяться над тем, чего должно страшиться. Тем и отличаются люди взрослые от детей, что последние, не имея зрелого разума, боятся масок и людей, одетых в мешок, между тем как оскорбить отца или мать считают за ничто; бросаются на огонь и горящие светильники, а боятся какого-нибудь шума, не имеющего в себе ничего страшного; а взрослые не подвержены ничему такому. Но так как многие неразумнее детей, то пророк и делает такое различие, говоря, чего должно страшиться, — не того, что для многих кажется страшным, то есть бедности, незнатности, болезни, которые для многих кажутся не только страшными, но даже ужасными и невыносимыми, — ничего подобного он не внушает, — а только одного греха» (Свт. Иоанн Златоуст. Полное собрание творений. Т. 5, кн. 1. М., 1995. С. 236).

⁶²² См. Притч. 1,7 и Пс. 110, 10. Ср. толкование: «Страх Божий — это такое духовное расположение, которое в этом же стихе называется благочестием в Боге или в отношении к Богу; и как страх Божий есть начало премудрости, так и о благочестии сказано, что оно есть начало чувства (ведения)… Всякий чтитель истинного Бога не может не проникнуться страхом пред Ним, сознавая, с одной стороны, беспредельное величие Господа, Его бесконечные совершенства, Его беспредельное всемогущество, святость, благость, праведность, премудрость, Его беспредельную власть и силу, с другой — сознавая свое ничтожество пред Ним, свою греховность и виновность, свою неблагодарность пред Ним, свою зависимость от Него во всех отношениях. Это сознание не может не смирять человека и, следственно, не может не повергать его в страх и трепет пред Тем, Кого трепещут безгрешные небесные Силы… Дальнейшие слова стиха: разум же благ всем творящим его — составляют повторение слов псалма (110, 10). Они означают: все творящие страх Божий, то есть упражняющиеся в благочестии, ревнующий о преуспеянии в нем, достигают благого разумения, преуспевают в ведении истины. Они благоговейно веруют в Откровение Божие и из Него черпают знание всего, что нужно для благоугождения Богу» (Нечаев В. Толкование на паремии из Книги Притчей и из Книги Премудрости Соломоновой. М., 1888. С. 9–11).