⁶¹⁸ Ср. толкование: «Итак, дабы истина изречения сего была нам достоверна, должно место сие отнести ко Христу, Егоже память всегда пребывает бессмертна и благословенна, а величество Царствия вовеки непоколебимо. Пусть враги отовсюду возникают, пусть усиливаются испровергнуть оное, но пред лицем Его преклоняется всяко колено небесных, и земных, и преисподних, дондеже положит все власти и начала, противные Ему, в подножие ног Своих. Ни ярость адского князя, ни усилие целого мира не могли истребить и помрачить имени Его. Они не воспрепятствовали распространиться Ему в потомстве, и слава Его гремит по вселенной, проповедуется чрез все века, во всех народах и на всех языках. Почему и на нас долг лежит прилежно пещися, дабы сие благословенное имя никогда между нами не умолкало и память Его пребывала бессмертна, написана в книгах наших, написана во образе жизни, написана в делах» (Толковая Псалтирь архиепископа Иринея. М., 1991. С. 324).

⁶¹⁹ Мысль о принуждении себя (у свт. Феолипта: βίαζε σεαυτήν έν πάσι), то есть о стеснении своего греховного «эго», обладающего неиссякаемой энергией к удовлетворению своих бесчисленных потребностей, но никогда не насыщающегося, эта мысль постоянно встречается, в различных вариациях, в творениях святых отцов, опирающихся среди прочего и на Мф. 11,12. См., например, одно изречение аввы Аммона: «Узкий и тесный путь есть [постоянное] принуждение своих помыслов и отсечение собственных желаний ради Бога» (Творения древних отцов-подвижников: Св. Аммон, ев. Серапион Тмуитский, преп. Макарий Египетский, св. Григорий Нисский, Стефан Фиваидский, блж. Иперехий / Пер., вступ. статья и коммент. А. И. Сидорова. М., 1997. С. 23 (см. там же комментарий 14 на с. 205).

⁶²⁰ См. Мф. 25,1-11. Ср. толкование: «Христос Жених (Мф. 9,15) грядет с неба к Своей Невесте — Церкви (Еф. 5,25 и далее; 2 Кор. 11, 2). Верующие — члены Церкви, называющиеся девами соответственно наименованию Церкви невестою, окруженною, предполагается, девами, — выходят навстречу. Неверно толкование, что неразумные девы имели только лампады, но не имели масла, ибо с таким пониманием решительно не согласно дальнейшее: светильницы паши угасают: лампады юродивых дев горели, но теперь, за поздним приходом Жениха, они уже догорали. И слова: тогда воссташа вся девы тыя и украсиша светильники своя — показывают, что все девы позаботились, очистивши светильни, чтобы лампады, укрепленные вверху на деревянных шестах, горели возможно ярче. Таким образом, и неразумные девы имели масла, но немного; они не взяша с собою елея — кроме того елея, который был в светильниках. Не по сребролюбию только неразумные девы запаслись небольшим количеством елея, а по своему нерадению, духовной косности. Они имели светильники с налитым в них елеем: они уверовали во Христа и получили освящающую их при крещении благодать. Но они не имели духа горящего и пламенеющего, не имели веры, споспешествуемой любовью (Гал. 5,6). Жизнь христианская есть постепенное возрастание, умножение верующим елея, то есть добродетелей христианских, при помощи полученной благодати. Неразумные же девы принадлежат к Церкви внешним образом, нет в них горения духовного; нет внутреннего сродства со Христом. В неразумных девах «нет непрестающего света, ни непрестанных добрых дел». Нельзя «довольствоваться посредственностью, которая скоро иссякает и — когда поднимается жар — высыхает», но должно «следовать совершенной добродетели, чтобы иметь свет вечный». Что под елеем разумеются добрые дела, это признают все экзегеты. Св. Иоанн Златоуст, считая причиною недостатка елея у неразумных дев их сребролюбие, понимает под елеем главным образом милосердие и помощь бедным» (Василий (Богдашевский), еп. Евангелие от Матфея. Критико-экзегетическое исследование. Киев, 1915. С. 415–416).