Средневековье — это строгие церковные суды, регулярные исповеди, частые епитимьи, изощренная система наказаний за «грехи», публичные розги, казни, костры, мощная и непреодолимая система ежедневного уничтожения человеческого достоинства.

Казни создавали обстановку террора, которая, по мысли властей и церкви, должна была обеспечить покорность масс. После полного истребления катаров и альбигойцев около 1320 г. «преследования прекратились за отсутствием предмета» (Британская энциклопедия)…

Средневековье — это абсолютное ограничение человеческой свободы и абсолютная же нетерпимость к иным религиозным конфессиям, особенно к евреям и маврам, а затем — к реформаторам в собственных рядах. Только единоверие, только правоверие, только передаваемая по наследству «религия отцов»!

Вплоть до XVIII в. исповедование нехристианских религий во многих европейских странах (например, в Чехии) приравнивалось к государственной измене, так что неудивительно наследование коммунистической церковью заветов христианской — коммунисты тоже судили деятелей церкви как изменников родины и святого дела пролетариата…

Существует даже мнение, что ксенофобия и антисемитизм, приведший к крематориям и газовым камерам, были напрямую унаследованы у средневекового христианства. На протяжении веков верующие немцы рассматривали евреев как страшных еретиков и приписывали любое общественное зло их присутствию среди правоверных. Хотя в Германии ненависть к евреям находила преимущественно светское выражение, религиозная демонизация евреев в остальной Европе не прекращалась никогда. Ватикан вплоть до Первой мировой войны регулярно обвинял евреев в том, что они пьют кровь христианских младенцев.

Важнейшим элементом «христианского воспитания» была система массового запугивания: адские муки, инфернальные страдания, мрачные костры, котлы с кипящим маслом, горячие сковороды… Церковные проповедники и светские художники состязались в живописании наказаний грешников, сотрясая психику паствы жуткими картинами посмертной живодерни…

Но главному удару церковники подвергли самое прекрасное человеческое чувство, которому обучал Христос — я имею в виду любовь. Христианство называют религией любви, но идеалом Средневековья была непорочная дева, точнее говоря — девственность в сочетании с женоненавистничеством. Девственность воспевали с амвонов, а сексуальность повсеместно подвергали анафеме. Следует отметить дьявольскую изобретательность «святых отцов» в очернении телесной любви: ложась с женщиной, учили они с амвонов, представьте себе ее мерзкое мертвое тело, поедаемое червями, или ее гниющие внутренности, или зловонные продукты ее жизнедеятельности, или просто кровавое мясо, что скрывается в женщине под кожей…